Меню сайта

Детская карта

Детская карта



Девчонок из детского дома, знакомых с наркотиками и алкоголем, не блещущих хорошими манерами, как следует из материалов дела, кому-то выгодно представить жертвами. Но кому и зачем? Кто разыгрывает «детскую карту» в собственных интересах?

Два подростка из детского дома, что в поселке Кубанская Степь Каневского района, обратились с жалобой в прокуратуру Краснодарского края. Не по телефону «горячей линии», а, что называется, вживую, прибыли в Краснодар на прием к прокурору. Если быть точными, сначала 15-летние девочки искали в администрации края вице-губернатора Галину Золину, а там им будто бы посоветовали в прокуратуру края обратиться. А когда туда попали, то заявили, что претензий к врачам не имеют, пытались обвинить директора интерната в том, что он был с ними груб. Способны ли дети из станичного интерната на подобный поступок? Без помощи взрослых, думаю, что нет. «Доброхоты», подтолкнувшие трудных подростков на этот акт, явно рассчитывали на скандал и общественный резонанс. И надо признать, что им это с блеском удалось. Обычно руководство интернатов стремится не выносить сор из избы даже в тех случаях, когда погибают дети. Заинтересованные лица явно слили информацию, и практически за неделю в двух краевых газетах вышли статьи о самом что ни на есть заурядном случае, произошедшем в интернате отдаленной станицы. «Добрые» дяди и тети, якобы болеющие за права детей, пекутся не о сиротах. И только врач, взявшая ответственность за жизнь девочек на себя, вынуждена теперь доказывать в суде, что она не преступила закон.
  
Вера и Оля - дети социального неблагополучия. К переходному возрасту обе девочки успели приобрести опыт взрослой жизни и кучу вредных привычек. Педагоги, работающие с трудными подростками, стремятся действовать по инструкции. Это мама может отвесить проказнику затрещину. Только в воспитании, как, впрочем, и в медицине, каждый случай уникален, и уложить детскую душу в прокрустово ложе ведомственных инструкций получается не всегда. Тут приходится зачастую действовать по наитию, главное - в интересах детей.

Наши героини, имена которых по понятным причинам изменены, не раз самовольно убегали из интерната. Отправляясь в очередную «самоволку» 5 ноября 2009 года, как поясняют воспитатели, девочки грубо выражались. Они и раньше самовольно покидали территорию детского дома, возвращались в нетрезвом состоянии. Выпивали, прогуливая занятия в школе, конфликтовали с детьми и воспитателями. А однажды даже пытались совершить коллективную попытку суицида, трое воспитанниц вскрыли себе вены.
К счастью, на этот раз их удалось обнаружить лишь поздно ночью на территории соседнего Брюховецкого района. После ночного рандеву беглянки опоздали на завтрак, а когда выяснилось, что их порции съели другие, закатили скандал. Дело дошло до драки и угроз. Девочке, которая съела бесхозные порции, «пострадавшие» публично пообещали перерезать ночью вены. Учитывая, что Оля и Вера состоят на учете у нарколога, директор детского дома Ищенко не стал дожидаться, когда разбушевавшиеся подруги приведут свой приговор в исполнение, и отвез воспитанниц в наркологическое отделение Каневской больницы.

Условия в районных больницах края далеки от идеальных, практически в каждой можно увидеть лежащих прямо в коридорах больных. Селяне не ропщут на неудобства, главное, чтоб лечили хорошо. В наркологическом отделении больницы, рассчитанном на 30 коек, в этот день находилось 35 пациентов. Заведующая наркологическим отделением Н. И. Мишковец имела полное право оправить девочек обратно в детдом вместе с директором по причине отсутствия мест.

- Почему вы все же госпитализировали девочек? - задаю вопрос Наталье Ивановне, теперь уже бывшей заведующей отделением. Кстати, врач Мишковец наркологом проработала свыше 30-ти лет и имеет кучу похвал и наград:

- Девочки поступили в больницу в возбужденном состоянии. Вели они себя неадекватно, агрессивно. У Ольги были видны порезы на руках, которые красноречиво свидетельствовали о том, что она, видимо, уже пыталась покончить жизнь самоубийством. Я отлично знала, что девочки состоят на учете у подросткового нарколога в связи с употреблением алкогольных напитков и наркотических средств (гашиша). Откуда и где добывают подобные средства подростки? И это при том, что в крае действует антинаркотическая губернаторская программа?

Самое интересное, что как раз эти вопросы, по-моему, никого не озадачивают. Обследование, проведенное при поступлении, выявило наличие абстинентного синдрома, что подтверждает их алкоголизацию накануне. После беседы с девочками в устной форме я получила их согласие на лечение, а также согласие в письменном виде их законных представителей, директора и медицинской сестры детского дома, что и требовали мои должностные инструкции в соответствии с законами и приказами для госпитализации несовершеннолетних. Кроме того, суицидальные тенденции являются показанием к неотложному реагированию и оказанию медицинской помощи с интенсивным наблюдением. Выбора не было…

Свободными на этот момент были два места в наблюдательной палате неотложной помощи, где уже находился пациент в бессознательном состоянии, зафиксированный к кровати. Даже если бы оказались свободными места в обычных палатах, оставлять в таком состоянии подростков одних в комнате было опасно. Дверь в наблюдательной палате постоянно открыта, и дежурная медсестра просматривает со своего поста палату насквозь. Если бы я их не положила в стационар и потом с ними что-нибудь случилось, меня бы обвинили в неоказании медицинской помощи. При принятии решения главным для меня было - сохранить жизнь и здоровье не только этих явно нуждающихся в медицинской помощи воспитанниц, но и тех детей, которых они запугивали в интернате, - так объяснила нашему корреспонденту мотивы своего «преступления» доктор Мишковец.

На следующий день в палату был помещен еще один мужчина. Соседи, как выяснилось в ходе следствия, были в прострации и вообще не вспомнили, кто с ними находился в эти дни в больничной палате. Пробыв в больнице трое суток, смутьянки успокоились и попросили позвонить директору. Через пару часов их забрали в интернат.

О том, что в отношении нее возбуждено уголовное дело по статье  «превышение должностных полномочий», Мишковец, по ее словам, узнала из заметки в краевой газете. Коллеги-журналисты ссылались на слова воспитанниц интерната: «Нас упекли в наркологическое отделение. Помогите!», а заведующей отделением авторы напророчили 10 лет лишения свободы.

По сообщению о безвестном исчезновении детей, после проверки фактов, следователь Каневского РСО СУ СК при прокуратуре РФ по Краснодарскому краю Ю. В. Андрющенко вынесла постановление от 23.11.2009 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении директора и воспитанниц интерната, а также врача Мишковец. Свое решение следователь обосновывает тем, что врач «…не имела умысла на лишение свободы несовершеннолетних, а поместила их в палату специализированного типа в связи с тем, что только эта палата находится под наблюдением медсестер и только из этой палаты они не смогли бы самовольно уйти или совершить попытку суицида не замечено, так как на Мишковец ложилась ответственность за этих пациенток…. Мишковец было принято решение о помещении их в стационар, так как у них имелся абстинентный синдром и ранее они уже состояли на учете в наркологическом отделении, кроме того, она не могла как врач отказать в оказании медицинской помощи нуждающимся в ней, которые вели себя агрессивно и проявляли склонность к суициду. Кроме этого лечение в наркологическом отделении не повлекло существенного нарушения прав несовершеннолетних, так как они самостоятельно согласились на прохождение лечения».

Из содержания этого же документа следует, что не кто иной, как директор Ищенко сообщил об исчезновении девочек 11 ноября 2009 года. Получается, что девочки после больницы предприняли очередной побег? Тогда совершенно непонятно, какое отношение к побегам имеет врач Мишковец?

Следователь Ю. В. Андрющенко дважды отказывает в возбуждении уголовного дела против перечисленных фигурантов, причем ни в одном из постановлений об отказе так и не написано, кто именно обратился в следственный комитет с жалобой и на что конкретно жалуется заявитель «икс»? Внимательно изучая материалы «громкого дела», не стоящего выеденного яйца, мы обратили внимание на многочисленные нестыковки. Для того, чтобы дойти до истины, наш корреспондент встретился с Александром Древалем, руководителем Каневского следственного отдела СК при Прокуратуре РФ по Краснодарскому краю. Древаль считает, что при приеме девочек в больницу врачом был неверно поставлен диагноз «синдром зависимости от алкоголя». В конце беседы он все же признал, что работники следственного комитета не в состоянии провести самостоятельно какую бы то ни было медицинскую экспертизу, для того чтобы объективно оценить действия врача, и что это должны сделать медики. Прокурор Каневского района В. А. Теремецкий, который присутствовал при нашей беседе, согласился с позицией руководителя следственного отдела. Однако старший следователь Каневского РСО СУ СК при прокуратуре Андрющенко, подчиненная Древаля, почему-то отказала 05.02.2010 Мишковец в проведении медицинской экспертизы по историям болезни девочек.

Наталья Ивановна, настаивающая, не без оснований, на проведении медицинской экспертизы, поскольку это главное звено в ее защите, упирает на то, что лицензия, выданная Каневской ЦРБ, позволяет оказывать населению медицинскую помощь в сфере психиатрии и наркологии, в том числе и подросткам, а абстинентный синдром с суицидальным поведением, выявленный у девочек, согласно приказу Минздрава от 28.04.1998 года подразумевает только стационарное лечение.

Возбужденное уголовное дело и последующие судебные разбирательства по жалобам Мишковец также не дали вразумительного ответа на вопрос: нуждались ли воспитанницы интерната в этот день в помещении в стационар или нет? Судья В. В. Смирнов, отклонивший жалобу Мишковец на постановление о возбуждении против нее уголовного дела, вообще считает, что для проведения экспертизы необходимо возбудить против врача уголовное дело. Неужели в ходе следствия сделать это невозможно?

Казалось бы, чего проще: обратитесь к независимым специалистам-медикам и принимайте обоснованное решение, нарушила врач Мишковец инструкции, или нет. Ведь сами следователи утверждают, что здоровье детей не пострадало. Вызывает недоумение и тот факт, что один и тот же следователь несколько раз менял свою позицию по одному и тому вопросу. А прокуратура района вообще в качестве доказательств обвинения пытается использовать сослагательное наклонение. Мол, если бы соседи по палате захотели, то могли бы …. Так ничего же ни с кем не случилось, все, слава Богу, живы и здоровы!

Задав вопрос новой заведующей наркологическим отделением Каневской больницы Е. Е. Петровой о том, как бы она поступила на месте своей предшественницы Н. И. Мишковец, мы получили ответ: «Я не знаю, как поступить, если такой случай повторится, и никто не может мне ответить на этот вопрос, в том числе, и районная администрация». Тогда мы попросили высказать свое мнение о действиях врача Мишковец главного врача ГУЗ «Специализированная клиническая психиатрическая больница № 1», заслуженного врача России, доктора медицинских наук, профессора, академика РАМН Виктора Косенко:

- По закону лицо с психоневрологической патологией нуждается в добровольном лечении, амбулаторном или стационарном. Как я понимаю ситуацию, врач поместила агрессивно настроенных девиц, которые ранее убегали из интерната, курили, выпивали, в стационар. Не в тюрьму же она их направила? Значит, увидела наркопатологию. Возможно, это пьянство, прием наркотиков, токсикомания или что-либо еще легкой, средней или тяжелой степени. Дети в этом возрасте особенно подвержены негативному воздействию алкоголя, наркотиков и других психотропных средств. Выяснить их истинное состояние здоровья на этот момент и угрозы, связанные с ним, можно было только при непосредственном контакте с пациентами, наблюдая за ними и по результатам обследования. Что и было сделано. Девочки, насколько я понимаю, добровольно проходили обследование и находились в стационаре без принуждения. Когда они попросили – их выписали, потому что угрозы их здоровью миновали.
  
Меня смущает то, что к подросткам, которые имеют такой богатый опыт взрослой жизни, пытаются упорно применять детские критерии, заявляя, что права детей нарушены, потому что им не давали детского питания. У нас дети с 14 лет могут быть зарегистрированы в браке, а во сколько дети беременеют? В 13 лет? А это уже педофилия – душевная болезнь общества. Вот на это надо обратить внимание в данной ситуации правоохранительным органам. Что касается решеток в наблюдательной палате, то они есть во всех отделениях подобного типа, и больным в голову не приходит жаловаться на то, что их права нарушены. И у меня все в решетках, в том числе, и мой кабинет, так что теперь? Это психиатрия, возможны и последствия наркологического состояния. А прокуратуре я бы посоветовал ловить бандитов и олигархов.

В юриспруденции есть термины: «событие преступления», «потерпевшие». Веру и Олю, знакомых с наркотиками и алкоголем, не блещущих хорошими манерами, как следует из материалов дела, кому-то выгодно представить жертвами. Но кому и зачем? Кто разыгрывает «детскую карту» в собственных интересах? У редакции есть на этот счет несколько собственных версий. Мы намерены озвучить их в ходе дальнейшего расследования. Оно еще не окончено.


Татьяна ГУСЕЛЬНИКОВА, http://ngkub.ru/index.php?a=article&id=495>Новая газета Кубани








Яндекс.Метрика