Меню сайта

Какая музыка была!

Какая музыка была!



По километрам тропинок среди бывших домов с останками былой жизни ходят люди. Сохранились только окраины города. Те самые временные бараки.  А еще в центре города уцелела маленькая музыкальная школа. В нее-то и ходят по этим тропам наши победители международного фестиваля.

По километрам тропинок среди бывших домов с останками былой жизни   ходят люди. Сохранились только окраины города. Те самые временные   бараки.  А еще в центре города уцелела маленькая музыкальная школа. В   нее-то и ходят по этим тропам наши победители международного фестиваля.


...Рыдали  яростно, навзрыд,

  Одной единой страсти ради,

  На  полустанке инвалид

И Шостакович в Ленинграде


Александр Межиров

      


Играли  они так, будто вместе с музыкой  летали над зрителями! Как   будто  каждый из них имел то самое волшебное кольцо из когда-то   популярной литературной фантасмагории Орлова Альтист Данилов. Где это   видано, чтобы не только профессиональное жюри, но и весь зал завелся от   игры ансамбля скрипачей! От их неуемной и самобытной энергии, которая   приводила всех слушателей в какой-то неописуемый восторг?!


Международный  фестиваль  Звезду зажигает Орленок. 28 июля. Лучшие   коллективы и солисты  России и стран ближнего зарубежья.  Объявляют   победителей. В четырех  номинациях из шести первые  места занимает   ансамбль скрипачей из города Невельска Сахалинской области. Специальными   персональными премиями награждаются их руководитель и концертмейстер.   Что ж такого? Все нормально. В Орленок часто приезжают коллективы,   которые выделяются своим высоким мастерством, профессионализмом и   самобытностью.  Если бы не одно НО.


...Я жил в городе Невельске на Сахалине. Много лет. Небольшой   городок, растянутый вдоль побережья Татарского пролива. Половина города -   деревянные двухэтажные временные бараки, которые  построили сразу же   после освобождения южного Сахалина от японцев для первых поселенцев.  В   центре - пятиэтажки. Население тогда было около двадцати тысяч. Город   жил рыбалкой. База тралового флота обеспечивала работу мужскому   населению. Женщины работали в цехах обработки рыбы, в школах, магазинах.   На центральной площади раз в месяц взвивались флаги в честь самых   удачливых экипажей. Рыбы в море было много. Деньги иногда рыбаки после   многомесячных рейсов ходили получать с наволочками. Еще больше рыбы было   в многочисленных речушках: горбуша, кета, форель. В километре от города   уже встречались медведи, капканами охотились на соболя, лису. На отливе   всегда запросто можно было набрать  крабов, осьминогов, морской   капусты. Всю весну на виду у всего города на волнорезе жили пару сотен   морских львов (сивучей), которые стали символом этого уютного города.


В город с материка как-то незаметно  потянулась интеллигенция, не   понятая  в столицах. Художники, музыканты, поэты, барды, писатели,   философы. Первые на Дальнем  Востоке фестивали КСП, первые неофициальные   выставки художников, поэтические чтения, неформальные театральные   коллективы - все это Невельск конца семидесятых.


В начале восьмидесятых в сахалинскую  идиллию вмешалась стихия и   экономика. От последствий тайфуна Филлис значительно пострадали   бараки, лепившиеся вдоль рек и ручьев.  От политики престарелых   московских вождей пострадала экономика. Не стало мяса, молока, фруктов,   овощей. В деревянном роддоме ходили сумасшедшие сквозняки. В школах   мерзли юные сахалинцы. Стали распродавать траулеры. Рыба куда-то   пропала. Потихоньку началась первая волна миграции. Самые сомневающиеся   потянулись на материк. Озабоченный здоровьем своих двух детей уехал из   Невельска и я.


Большая сахалинская диаспора не прерывала  отношений ни на секунду.   Встречи, совместные отпуска, активная переписка - все это было и,   впрочем, есть и сейчас.


А потом был крах экономики. В Невельске  не стало судов,   рыбопереработки, судоремонта, работы как таковой.  И в довершении ко   всему -  землетрясение, о котором  узнала вся страна. На всех   телеканалах шли сводки с места боев. Над Невельском кружили   правительственные вертолеты, по городу, кивая головами, бродили   министры, по магистральным финансовым каналам устремился поток бюджетных   денег.  Только через год как-то быстро иссяк, раскулаченный тоненькими   ручейками, вытекающими из трубы, проложенной от Москвы до Сахалина.   Увольняли каких-то мэров, губернаторов, замминистров и их замов, но   деньги куда-то исчезали; их хватило только на снос пятиэтажных зданий и   строительство небольшого сейсмоустойчивого района на окраине города.   Весь центр города снесли, но убрать разрушенное денег не хватило.


Невельчане, поняв, что спасение утопающих - дело рук самих   утопающих,  стали переезжать. Кто на материк, кто в другие сахалинские   города. В городе остались около десяти тысяч человек. В основном те,   кому ехать было некуда. Весь центр города и сегодня - это декорация к   фильму о Сталинграде. По километрам тропинок среди бывших домов с   останками былой жизни (кроватями, детскими игрушками, посудой, одеждой,   бумагами) ходят люди. Сохранились только окраины города. Те самые   временные бараки.  А еще в центре города уцелела маленькая музыкальная   школа. В нее-то и ходят по этим тропам наши победители международного   фестиваля Звезду зажигает Орлёнок, хрупкие девочки и влюбленные в   музыку мальчики, со своими скрипками. Музыкальные потомки ленинградца   Шостаковича.


Жить  среди разрухи  и ТВОРИТЬ - это  значит уметь очень сильно   любить жизнь. Разруха страшнее, если она  в душе. Нам об этом очень   хорошо наши гости напомнили. Из Невельска. С мыса Крильон на Сахалине.


Сергей КАЩЕЕВ









Яндекс.Метрика