Меню сайта

Кластер номер один

Кластер номер один




За последние годы горнолыжный туризм набирает все большую   популярность у россиян. Так, по оценкам Ростуризма, в докризисные годы   темпы роста этого вида отдыха составляли 15–18% против 8–10% прироста   туристического рынка в целом. Общая численность любителей катания на   горных лыжах или сноуборде в России превысила 2,5 млн человек.   Подавляющее их большинство — жители городов и мегаполисов.


При выборе мест для длительных поездок преимущественным спросом среди   российских горнолыжников пользуются зарубежные горнолыжные курорты,   прежде всего европейские, а на внутреннем рынке лидирующие позиции   занимают комплексы Северного Кавказа. Еще с советского времени   привлекавшие любителей со всей страны горнолыжные трассы Приэльбрусья,   Домбая и Красной Поляны сейчас ежегодно посещают до 700 тысяч   катающихся. Однако нынешнее количество посетителей гор такого масштаба,   как Кавказ, может говорить только о том, что потенциал горнолыжного   туризма в регионе еще по-настоящему не раскрыт.


Анализ отзывов туристов о работе российских горнолыжных комплексов,   который проводила наша компания этим летом, показал, что основные жалобы   касаются в первую очередь недостаточного уровня сервиса. Именно в этом   российские комплексы проигрывают иностранным конкурентам: горнолыжники и   сноубордисты чутко реагируют на уровень обслуживания. Это подразумевает   и качество подготовки склонов, и разнообразие сопутствующей   инфраструктуры горнолыжных комплексов, и внимательность персонала.


Во всем мире горнолыжный туризм, как и любой другой вид   экстремального туризма, воспринимается как риск под контролем, то есть   спуск по заснеженной трассе позволяет испытать выброс адреналина, но не   несет угрозы для жизни. Именно поэтому инфраструктурное оснащение   передовых горнолыжных курортов — столь сложное и дорогостоящее,   требующее квалифицированного обслуживания. В нашей стране по-настоящему   комплексно оборудованы лишь единичные горнолыжные курорты. Причем, по   отзывам туристов, побочным эффектом этого является скопление очередей   именно в таких хорошо оснащенных местах.


В зоне трехчасовой доступности


Проект создания особых экономических зон (ОЭЗ)   туристско-рекреационного типа в рамках горно-туристического кластера на   Северном Кавказе нацелен на преодоление этого инфраструктурного   дефицита. Строительство горнолыжных курортов планируется в Матласе   (Дагестан), Архызе (Карачаево-Черкесия), Мамисоне (Северная Осетия), на   Эльбрусе (Кабардино-Балкария) и в Лагонаки (Адыгея и Краснодарский   край).


Выбор участков, на которых созданы ОЭЗ, определяется в первую очередь   природными преимуществами региона: сезон катания везде составляет   по крайней мере полгода. В зависимости от места средние зимние   температуры колеблются в диапазоне от минус пяти до плюс пяти градусов,   при этом солнечных дней в году — порядка 250–300. Кроме того,   особенности местного рельефа позволяют проложить достаточно   продолжительные и интересные трассы: от самого маленького в масштабах   всего кластера комплекса Лагонаки с 50 км суммарной длины трасс   до самого большого — Мамисона, имеющего 300 км спусков. Иными словами,   такой набор природных особенностей создает все условия для комфортного   и интересного зимнего отдыха.


В добавление к природным и климатическим преимуществам необходимо   вспомнить и про географию расположения будущих комплексов. Все они   находятся в зоне трехчасового перелета из городов центральной части   России, где сконцентрирована основная часть населения страны. Хотя   нельзя забывать, что и большинство европейских горнолыжных курортов   расположены в аналогичном радиусе, что ставит их в число основных   конкурентов кавказского кластера.


Относительно ближайших крупных аэропортов все курорты расположены не   более чем в 200 км, то есть также в пределах трех часов пути, но уже   наземным транспортом. Немаловажно, что разработчики проекта уделили   внимание тому, чтобы этот последний отрезок туристы преодолевали по   обустроенным автодорогам. Кроме того, существенным фактором,   обеспечивающим привлекательность проекта для инвестора, является выбор   свободных участков, пригодных для комплексной застройки. Таким образом, с   точки зрения особенностей местного ландшафта, климата, а также   географического расположения, выбранные участки туристических зон имеют   уверенные конкурентные преимущества в масштабах не только российского,   но и мирового рынка.


Пять зон и один проект


Участки, на которых разместятся будущие курорты горно-туристического   кластера, расположены достаточно далеко друг от друга. С одной стороны,   это дает выигрыш благодаря различиям в трассах и окружающих ландшафтах.   Как показывает практика, для туристов-горнолыжников разнообразие трасс   является важным фактором при выборе курорта. В большинстве своем они не   ездят годами на то же самое место, а один год бывают, скажем, во   французских Альпах, другой — в их итальянской части, третий, например,   на Кавказе. Нередко в рамках одной турпоездки горнолыжники успевают   посетить два или больше курортов, пробуя новые склоны и новые горы.


Вместе с тем имеет значение и дополнительная инфраструктура   (известная также под названием après ski — после лыж), которая   позволяет сделать времяпрепровождение вне катания таким же насыщенным и   активным. Много лет успешно работающие европейские горнолыжные курорты,   да и не только они, задают тон в обслуживании туристов, предлагая как   всевозможные варианты отдыха после катания в непосредственной близости   от гор, так и различные экскурсионные и развлекательные программы. С   этой точки зрения все кавказские ОЭЗ имеют хорошие шансы дополнить свои   предложения спа- и бальнеопрограммами благодаря окрестным минеральным   источникам; в частности, посетители Архыза и Эльбруса могут съездить в   знаменитые города Кавказских Минеральных Вод. Кроме того, неподалеку от   каждой зоны можно посетить местные исторические и культурные   достопримечательности. При таком подходе к обслуживанию туристов   экономический импульс, который получит каждая из ОЭЗ, будет   способствовать развитию и смежных территорий.


 С другой стороны, удаленность друг от друга ОЭЗ, формирующих   кластер, затрудняет переток туристов с одного курорта на другой.   Предложенная в проекте кластера транспортная инфраструктура обеспечивает   связи курортов с аэропортами и общефедеральными трассами. Сквозных   проездов, соединяющих ОЭЗ напрямую, пока нет. С учетом длительных сроков   окупаемости строительства транспортной инфраструктуры, тем более в   горах, маловероятно ожидать появления такого проекта в ближайшие годы.   Для определенной группы наиболее платежеспособных туристов можно было бы   организовать сообщение между курортами по воздуху, но существенного   влияния на их развитие как цельного проекта это не окажет.


Тем не менее, опыт европейских горнолыжных центров показывает, что   от удобства перемещения туристов между курортными комплексами последние   только выигрывают. Поэтому, с нашей точки зрения, на более поздних   этапах развития кластера будет необходимо вернуться к вопросу создания   единой транспортной сети с включением в нее горнолыжных комплексов   Красной Поляны. Это позволит туристам без утомительных переездов   перемещаться между курортами в течение одного дня, что усилит их интерес   ко всему кластеру и придаст дополнительный импульс развитию курортов.


Как можно судить по докладу на Петербургском международном   экономическом форуме руководителя рабочей группы Экспертного совета   подготовки проекта создания туристического кластера Ахмеда Билалова,   разработчики предполагают, что объединение пяти ОЭЗ в рамках проекта в   большей степени сконцентрировано в организационной и маркетинговой   сфере. По словам г-на Билалова, проектом изначально предусматривалась   единая система управления туристическим кластером, включая единый   ски-пасс, единую транспортную службу, единый формат сервиса, единую   справочную систему, единое маркетинговое продвижение проекта на   внутреннем и внешнем рынках как консолидированного продукта, единую   управляющую компанию на инвестиционной и эксплуатационной стадиях.


К этому вполне можно добавить и централизованное продвижение   событийного туризма. Общая программа спортивных мероприятий привлечет   болельщиков, которые зачастую приезжают не только посмотреть   соревнования, но и покататься сами, то есть все курорты кластера смогут   рассчитывать на постоянный и прогнозируемый поток туристов. Кроме того,   возможно создание единого для всего кластера центра подготовки и   сертификации горнолыжных тренеров, работающих с туристами, а также   персонала курортов. Это позволит повысить качество сервиса и удерживать   его на конкурентном уровне.


Туристские альтернативы юга России


Создание горно-туристического кластера на Северном Кавказе окажет   неоднозначное влияние на соседние регионы. Здесь мы не станем касаться   Кубани, у которой есть серьезный, хотя и не вечный иммунитет от   конкурентов. Важно отметить, что туристическая специализация остальных   регионов юга России сильно отличается от горнолыжной тематики, поэтому   прямой конкуренции за туриста не будет. Однако возникнут другие   немаловажные факторы, которые будут иметь разное значение для различных   территорий. С одной стороны, развитие инфраструктуры горнолыжного   кластера косвенным образом может оказать положительное влияние на   ближайшие районы. С другой стороны, соседям станет труднее бороться   за федеральное финансирование и частных инвесторов.


При правильной организации проекта создания горнолыжного кластера его   инфраструктурная составляющая сможет быть использована и для развития   соседей. Это касается автомобильных дорог, аэропортов,   электроэнергетики. Плюсом для всего макрорегиона будут планируемое   развитие малой авиации и запуск железнодорожных экспрессов. Максимальное   положительное влияние могут испытать ближайшие туристские районы —   Кавказские Минеральные Воды и Каспийское побережье Дагестана.   Комплексный подход при планировании горнолыжного кластера позволил бы   органично включить в его орбиту оздоровительный и экскурсионный   потенциал КМВ, сгладив там показатели сезонности спроса. В случае   решения вопросов безопасности хорошие экскурсионные возможности может   предоставить и прибрежная часть Дагестана. Это существенно разнообразит   отдых туристов, приезжающих в формирующийся кластер, расширит   потенциальный круг посетителей горнолыжных курортов. Кроме того, мощная   рекламная кампания горнолыжного кластера пойдет на пользу всей   туристической отрасли Северного Кавказа.


Однако описанные положительные эффекты вряд ли будут ощущаться за   пределами СКФО. Для Ростовской, Волгоградской и Астраханской областей   более заметными могут оказаться аспекты, касающиеся резкого обострения   борьбы за инвестиционные ресурсы, как бюджетные, так и частные. Наименее   критичной такая ситуация станет для Ростовской области. Почти решенным   считается вопрос о вхождении донских региональных проектов   в формирующуюся ФЦП Развитие внутреннего и въездного туризма в   Российской Федерации (2011–2016 годы), что в значительной мере решит   задачу привлечения федеральных средств. Кроме того, Ростов в большей   степени ориентирован на развитие бизнес-туризма и другие довольно   окупаемые направления, что облегчает вопросы привлечения частного   финансирования. Да и внутренний инвестиционный потенциал региона   является относительно высоким.


Волгоградская область в последнее время также все более активно   заявляет о своих планах занять одно из ведущих мест на российском   туристском рынке. В ходе недавнего исследования, проводившегося нашей   компанией по заказу Ростуризма, регион был включен в число наиболее   перспективных для формирования отраслевых кластеров. Однако здесь еще   предстоит очень большая работа, чтобы воплотить масштабные планы в   реальность. Конечно, создание ОЭЗ на Северном Кавказе может осложнить   задачу привлечения инвестиций в туристическую отрасль Волгоградской   области, но вряд ли именно этот фактор будет иметь наибольшее значение   при реализации региональных проектов.


Опыт предшественников


Название всего проекта кластера — Высота 5642 (это, как известно,   высота Эльбруса) — невольно рождает аналогию с развитием горнолыжных   комплексов в Куршевеле, также использовавших в названиях высóты горных   вершин. Опыт развития этого альпийского курорта показывает   принципиальную важность изначального понимания общей концепции развития и   следования ей и на этапе строительства, и в дальнейшем развитии.


В 1955–65 годах, когда уже была создана первая горнолыжная   инфраструктура, в Куршевеле началось строительство гостиничной и   сопутствующей инфраструктуры. Но темпы ее создания оказались слишком   медленными, и это привело к очередям в кафе, давкам на подъемниках,   забитым гостиницам. Распродажа муниципальных участков земли для срочного   привлечения в проект частных инвесторов при отсутствии общего проекта   застройки обернулась тем, что и на альпийских склонах выросли бетонные   коробки, испортившие весь ландшафт комплекса. В итоге после быстрого   роста начался такой же отток туристов. Затем был создан единый   контролирующий орган, и развитие проекта удалось направить в нужное   русло.


Для нас в этом примере принципиально важно, как сказывается наличие и   выполнение стратегии проекта в целом, а главное, как координируется   работа его участников. И в этом, безусловно, важную роль играет не   только работа управляющих компаний туристических зон, но и   последовательная и активная позиция региональных администраций. Об этом   же говорит опыт развития других проектов создания туристических зон на   юге России, например, ОЭЗ Ставропольского края Гранд Спа Юца, которая   была нацелена на развитие бальнеологического туризма. Однако уже после   победы заявки проекта в конкурсе на получение статуса федеральной ОЭЗ   участок был подобран так, что оказался слишком удален от основных   туристических ресурсов края. В итоге непоследовательность в реализации   проекта привела к его серьезной пробуксовке.


Еще один пример — уже лишенная своего федерального статуса ОЭЗ Новая   Анапа, которая, можно сказать, проиграла в конкуренции Сочи.   Сконцентрировав все усилия на подготовке к Олимпиаде, региональная   власть снизила свою активность в отношении Новой Анапы. В итоге за три   года существования в самом туристически благоприятном регионе страны   ОЭЗ не смогла привлечь ни одного инвестора. А ведь для инвесторов,   вкладывающихся в новые проекты, важно чувствовать, что администрация и   местное население тоже заинтересованы в этих начинаниях. Опыт Дагестана   свидетельствует, что многие зарубежные инвесторы ставят вопрос   обязательного софинансирования туристическо-рекреационных проектов со   стороны местных инвесторов или местных властей, чтобы получить   подтверждение их заинтересованности.


Тем не менее, к настоящему времени проект создания   горно-туристического кластера на Северном Кавказе имеет хорошие   конкурентные преимущества на рынке зимнего отдыха и позволяет   рассчитывать на существенные социально-экономические эффекты. Самое   главное, чтобы его практическое воплощение последовательно привело к   намеченным целям.



Светлана Славянова, Моисей Фурщик , http://www.expert.ru/south/2010/48/>Эксперт Юг №48 (137)








Яндекс.Метрика