Меню сайта

Макароны по-флотски не всем по зубам

Макароны по-флотски не всем по зубам



Нам демонстрируют кубрики. Сплит-системами здесь и не пахнет. Если учесть тот факт, что еще палубой ниже находится машинное отделение, жарче которого может быть разве что литейный цех, то можно представить, каков он – суровый быт военного моряка.

В воскресенье, 25 июля, в Новороссийске прошли праздничные мероприятия, посвященные дню Военно-морского флота России. Накануне поздравить моряков с их профессиональным праздником поспешили корреспонденты Новороссийского рабочего.

Как можно наиболее точно прочувствовать быт военного моряка? Отправиться туда,  где он проводит большую часть своего времени – на военный корабль. Что мы и сделали. Наш провожатый, заместитель командира бригады по воспитательной работе капитан II ранга Алексей Семенов, начал экскурсию по Новороссийской военно-морской базе довольно охотно. Из здания штаба части мы спустились на причалы, где мирно стояли на рейде морские тральщики, большие десантные корабли и прочие боевые единицы Черноморского флота. Там к корреспондентам присоединился еще один сопровождающий – пес Соленый. Он то держался поодаль от нас, то забегал вперед и заглядывал журналистам в глаза, словно пытаясь понять, с какой целью те прибыли на военную базу.

Солнце пекло нещадно. Несмотря на страшное пекло, на всех кораблях кипела работа. Проходя мимо двух стоящих рядом кораблей, Алексей Семенов сообщил:

- Перед вами большие десантные корабли Саратов и Новочеркасск. Недавно они прибыли к нам из главной базы Черноморского флота – Севастополя. У больших десантных кораблей максимальная скорость хода - 18 узлов, длина - 112,5 метра, осадка - 3,7 метра. Вместимость - до 500 тонн техники и грузов и 225 десантников. Кстати, именно главнокомандующий ВМФ адмирал Сергей Горшков в 1968 году поставил тактико-техническую задачу на проектирование этих кораблей, - просветил нас Алексей Анатольевич.

Корреспонденты заметили, что экипаж корабля не только старательно драил палубу, но и чистил якорь от морских водорослей и ракушек. Якорь свисал с борта, а матросы, оседлав его с двух сторон, щетками терли и начищали его до блеска. Тот немного покачивался.

- Это разве качка! - восклицает сопровождающий корреспондентов помощник командира базы по информационной работе Олег БЗЫКОВ. - Вы в море качку не видели! Для матросов чистка якоря  на весу считается состоянием статичным.

Мы подходим к тральщику Железняков. Соленый застыл у трапа. Нам разрешено подняться на борт тральщика и осмотреть его изнутри. Соленому вход на корабль воспрещен.

Корреспондентов сразу отводят в святая святых – корабельную ходовую рубку. Именно отсюда осуществляется управление кораблем.

- Это кресло командира корабля - капитана III ранга Всеволода Бобрикова. Сейчас он временно отсутствует, - сообщает помощник командира морского тральщика Железняков Алексей Дружин.

- Сядьте, пожалуйста, в его кресло. Мы хотим сделать фотографии, - просит корреспондент.

На невозмутимом до этого лице офицера появляется явное волнение.

- В кресло командира садиться не положено, - отказывается выполнить просьбу гостей Дружин.

- Почему? – удивляемся мы.

- Так заведено, морская традиция! – отрезает он.

Что ж, морские традиции нужно чтить. По пайолам ходовой рубки мы двигаемся дальше.

- Пайолами называют пластины, из которых состоит половое покрытие рубки, - объясняет Алексей Дружин. – Вот пайола, которая закреплена только с двух, а не с четырех сторон. Стоя на ней при качке можно балансировать, наблюдая за приборами. Это гораздо удобнее, чем качаться вместе со всем оборудованием и не иметь возможности ровно стоять на ногах.

Следующий объект нашего исследования – оптический визир. Каждый в детстве мечтал посмотреть в такой прибор с корабля или подводной лодки. Тебя не видно, а ты заметил противника! И еще имеешь возможность менять круг обзора. На флоте это чудо называется Прибор оптический для наблюдения за окружающей обстановкой. Далее нам демонстрируют радиопеленгатор для ориентирования в море и радиолокационную станцию.

- Также для ориентирования на местности иногда используется ручной пеленгатор, - поясняет Алексей Дружин. – Он необходим для того, чтобы корабль вблизи берега не сел на мель и не натолкнулся на другие препятствия при выходе на внешний рейд или при построении кораблей в единую линию. Это называется - выстроиться по нужному пеленгу. Каждый матрос должен уметь пользоваться ручным пеленгатором, это азы морской науки.

Из рубки мы спускаемся вниз по крутому трапу на вторую палубу. Здесь находятся каюты командного состава корабля.

– А вот кают-компания, где офицеры принимают пищу и отдыхают, - объясняет наш сопровождающий. - Дальше по коридору находится кают-компания мичманов. Столовая команды, где принимают пищу и отдыхают матросы, находится палубой ниже. Там же расположены и их кубрики. Кстати, у нас на корабле четырехразовое питание.

- А готовите тут же на корабле?

- Конечно, сами и меню утверждаем, - заверяет нас помощник командира.

- Что было сегодня на обед?

- Не поверите, макароны по-флотски, - отвечают военные моряки. – На первое - борщ. Вот так прозаично.

- На кораблях третьего ранга, таких как тральщик Железняков, офицерский состав и моряки питаются из одного котла, - рассказывает наш экскурсовод. – На кораблях второго ранга для офицеров готовят отдельно. Да вы присаживаетесь, смотрите, какая у нас здесь библиотека!

На полке в кубрике - жидкокристаллический телевизор. На книжных полках стоят книги классиков, историческая литература…

В библиотеке хранится, как зеница ока, история создания Железнякова. Открыв книгу, читаем, что тральщик Железняков обеспечивает траление мин на глубинах моря от 25 до 150 метров. В дополнение нам рассказали, что артиллерийское вооружение корабля включает скорострельный зенитный автомат АК-630М с радиолокационным управлением.

- А что является целью для этой артустановки?

- Самолеты, вертолеты, - перечисляют военные моряки. – Крылатые ракеты… - палуба наполняется громким мужским хохотом.

- Если серьезно, то это орудие предназначено для борьбы со средствами воздушного нападения противника.

Спускаемся на первую палубу, где нам демонстрируют кубрики моряков. Сплит-системами здесь и не пахнет. Если учесть тот факт, что еще палубой ниже находится машинное отделение, жарче которого может быть разве что литейный цех, то можно представить, каков он – суровый быт военного моряка.

Мы направляемся к выходу, наша экскурсия почти завершена.

- А на берег сходить можно? – интересуемся мы.

- Покидать военное судно помощник командира при отсутствии командира не имеет права, если это не вверено ему вышестоящим руководством, - говорит Алексей Дружин.

- А остальным офицерам положено?

- Те, у кого есть семьи, ночуют дома. У меня пока семьи нет, поэтому я живу на корабле, - отвечает помощник командира, когда мы спускаемся с трапа.

- Вообще, на военном корабле должно в любом случае присутствовать не менее тридцати процентов личного состава.

- Но как же вы живете здесь, даже в город не выходите?

- Поверьте, для военного человека – это не самое страшное в жизни. Заодно и проверка силы духа. Что это за испытание для настоящего мужчины? Так, пустяк. Тем более, что так ведь будет не всегда.

На причале нас уже ждал пес Соленый. При виде корреспондентов он радостно взвизгнул и завилял хвостом, принимая нас за родных. Прощаясь с командой Железнякова, мы пожелали военным морякам стойкости духа и поблагодарили за службу, которую они несут для нас, гражданских.

Соленый со всей ответственностью, как и положено на службе у Родины, патрулировал нас до выхода из военно-морской базы. И на прощание, честное слово, лизнул корреспонденту руку.


Лина ГРИЦЕНКО, газета http://www.novorab.ru/Home/Index>Новороссийский рабочий


Фоторепортажи о празднике ВМФ в Новороссийске смотрите на http://www.livekuban.ru/image/197882>Фотоленте и в http://www.livekuban.ru/blog/ilich/197851#comments>блоге Ильича.








Яндекс.Метрика