Меню сайта

Свободный полет апельсиновой корки

Свободный полет апельсиновой корки



Они разучились говорить по-русски! Убогий жаргон да нарочно искалеченные слова во всяких аськах, эсэмэсках и вконтактах! Поколение, не знающее жизни без твиттера и мобильных, доросло до выпускных вечеров.

Последний звонок, последний экзамен. А дальше у них, вчерашних школьников, начнется все первое. В тот год, когда я сама готовилась сдавать сначала выпускные, потом вступительные экзамены, я так основательно перетрудилась, что меня стали посещать очень странные, чтобы не сказать больше, не то мысли, не то образы.

Один помню особенно отчетливо: я лежу животом на широком подоконнике, ем сочный апельсин и некультурно бросаю корки с девятого этажа вниз. Бросила очередную, и тут меня пронзило: вон она, еще летит, но уже совершенно неотвратимо то, что будет с нею дальше. Она минует все этажи вплоть до первого и упадет на землю. И ничего, ничего, ничего нельзя изменить в этом будущем, хоть оно еще не наступило. А я-то чем отличаюсь от несчастной корки? Для меня ведь тоже все предопределено: окончу школу, потом институт (годом раньше или позже, но непременно), пойду на работу и буду каждый день на нее ходить, пока не долечу до самого низа. Конечно, и в те времена траектории у моих сверстников были не совсем одинаковые. Но, в общем, колеи нам всем были проложены заранее. А выбьешься — тебе же хуже, завязнешь в грязи или в снегу, угодишь в маргиналы.

Вряд ли такое наваждение могло бы посетить кого-нибудь из сегодняшних выпускников, как бы ни истерзали их ЕГЭ. И вот это, мне кажется, самое главное их отличие от нас, старших, и самое главное преимущество. Перед ними действительно открыт мир. Многие к своим семнадцати годам успели объездить полстраны и полглобуса. Что, правда, не мешает им не знать, как называется столица Венгрии и какая река протекает в Саратове (вот только что спросила лицеиста, отдыхающего после экзаменов в соседней комнате). Мы возмущаемся, ругаем их недорослями, хватаемся за голову. А они тем временем исполняют стремительное глиссандо по клавиатуре и громко зачитывают: Будапешт. Волга. Еще вопросы есть?

Нам не угнаться за техническим прогрессом, мы еле успеваем освоить очередное новшество, перейти с дискет на диски, как уже появляется новое поколение носителей информации. А им не надо гнаться — они сами несутся в информационном потоке, он для них — природная среда. Нынче дети рождаются с встроенным электронным органом, — шутим мы. Положим, сегодняшние выпускники не одновременно уселись на горшок и за компьютер, они еще смутно помнят жизнь без мобильников. А вот к их младшим братишкам и сестренкам стоит присмотреться. Нет, кроме шуток, может, где-нибудь у них и правда имеется USB-разъемчик?

Мы ценим стабильность. Иначе нас не завлекали бы ею политические лидеры. Мы любим, чтобы все в жизни было как положено. А им хочется все переставить и переложить по-своему. Он разрушает Процесс! — так однажды при мне учительница средних лет с возмущением говорила о неудобном ученике. Речь, разумеется, шла об учебном процессе. Помилуйте, да его давно пора разрушить и заменить другим, более органичным для быстро — слишком быстро, на наш вкус, но что поделаешь — меняющегося мира. Чтобы учиться можно было в любом месте в любое время — именно таков девиз современного образования.

И, кажется, они, дети, вполне готовы к тому, чтобы общаться с трехмерными духами педагогов. Ой, сейчас мне достанется. За то, что я не понимаю: компьютер никогда не заменит живого преподавателя. Весь вопрос, однако же, в том, каков он. Жреца Процесса не грех и заменить. А для настоящего учителя компьютер не конкурент, а инструмент.

Они разучились говорить по-русски! Убогий жаргон да нарочно искалеченные слова во всяких аськах, эсэмэсках и вконтактах! Не без того. Я как-то раз записала виртуозный разговор двух подружек в автобусе, рядом с которыми Эллочка-людоедка — форменный Цицерон. Жаль, потеряла бумажку. С другой стороны, когда нас, филфаковских девочек, в давно минувшие года закинули трудовым десантом на стройку, наш бригадир, которому начальство запретило при нас материться, был вынужден изъясняться жестами. А что касается языка падонкаф, то этот лингвистический феномен имеет почтенную традицию. Читали Кюхлю Тынянова? Помните, князь Оболенский, тюремный сосед Кюхельбекера, писал ему на чистейшем олбанском: Дарагой сасед завут меня княсь Сергей Абаленской? Против языковой стихии не попрешь, а не нравится — выпей йаду!

Они не читают! Они читают не то! Они не так читают! Что ж, тут и я не прочь поохать. Боюсь, в соседней комнате читают классику намного реже, чем хотелось бы мне. А книг по истории не читают совсем. Не стану и спрашивать, который Александр скончался в Таганроге или который Николай расстрелян в Екатеринбурге. А то вдруг плохо станет от ответов. Не у всех же такое несокрушимое чувство юмора, как у иркутского учителя, который через свой блог одарил народ натуральными перлами из свежепроверенных ЕГЭ-работ по обществознанию и истории. Не сомневаюсь, что за время, пока верстался номер, блогер langobard уже вышел в знаменитости, но если кто не успел ознакомиться, прошу.

Народовольцы отстаивали право крестьян на свободный рынок.


После 2-й Мировой войны в 1942 году страны СНГ решили соединиться с Россией.


Павел I реабилитировал Емельяна Пугачева.

Иван Грозный предал своих избирателей.


При Ельцине в стране развился хаус.

Партии, занявшие на выборах призовые места, попадают в Думу… и т.д.

К счастью, у меня есть свой собственный, тоже совсем недавний опыт чтения работ школьников. И тоже по отечественной истории. Их прислали на конкурс Человек в истории. Россия — ХХ век, который уже в двенадцатый раз проводит общество Мемориал. Передо мной список населенных пунктов, из которых поступили эти работы. Село Елаш и город Усолье Пермского края, село Новый Курлак Воронежской области, хакасское село Копьево… 64 работы с Алтая, 93 — из Красноярского края, 138 — из Пензенской области. Пишут о разном: о войне, плене, эвакуации, репрессиях, раскулачивании на примерах предков и земляков. Чернобыль, перестройка, даже события августа 1991 года — все это тоже история прошлого века. Для нашего поколения путч 1991 года — все равно что Куликовская битва, — признается один из авторов. Но честно пытается разобраться в этом средневековье.

Иной раз я сама себе кажусь прекраснодушной, потому что, живя в Москве и общаясь более или менее близко только со столичными школьниками, переоцениваю возможности их сверстников из депрессивных районов, захолустных городков и глухих деревень. Но вот эти конкурсные работы доказывают: в провинции думается ничуть не хуже, чем в столице, а если в богом забытых углах заведется Всемирная паутина (для этого в свое время немало потрудились Сорос и Ходорковский), то будет обеспечен универсальный мыслеобмен. Так что да здравствует модернизация образования! Правда, недавно Ефим Рачевский, директор одной из лучших московских школ, много поездивший по стране, предложил включить в программу еще один пункт: Каждой российской школе — теплый туалет. Ладно, одно другому не мешает.

Они привыкли к полной вседозволенности! Что ж, если так, то это естественная реакция на привычную для многих поколений их предков полную недозволенность. Конечно, лучше бы привыкнуть к свободе, но, видно, мы еще недоскитались по пустыне.

И все-таки вернусь к злосчастной корке и наезженной колее — они свободнее нас. Они не любят ходить строем, их не распределишь по разнарядке, из них не наштампуешь винтиков. Вот получат свои аттестаты, поступят кто учиться, кто работать, а остатком лета распорядятся, как захотят. Захотят — поедут на Гоа, захотят — на Селигер, захотят — разобьют лагерь в Химкинском лесу. Некоторые пойдут волонтерами в детские интернаты и хосписы. (Зря не верите — лично знакома с такими.) А скольких занесет на зону, на панель? Статистики не знаю. И, честно говоря, боюсь узнать. Вдруг она скажет, что неприкаянных гораздо больше, чем целеустремленных? Впрочем, для разрушения Процесса, которому мы по непривычке к свободе позволили запуститься, арифметического большинства и не нужно.


Наталья МАВЛЕВИЧ, газета http://mn.ru/newspaper_freetime/20110617/302546855.html>Московские новости.








Яндекс.Метрика