Меню сайта

Я не могу озвучивать пафосные ролики. Нет, я могу, но ужасно не хочу

Я не могу озвучивать пафосные ролики. Нет, я могу, но ужасно не хочу




Его голос краснодарцы слышат по радио, из репродукторов на улицах, в кинотеатрах: озвучивать аудиоролики — его работа. О том, как становятся дикторами, о нелепых заказах и о специфике рекламы Живой Кубани рассказал руководитель продакшн-студии, главный голос Краснодара Константин Симор.

Вас считают одним из лучших дикторов города. Говорят, что вы озвучиваете около 90% аудиороликов, которые слышат краснодарцы. Это действительно так?

Я не считал процентное соотношение, наверное... я не знаю. Конечно, в Краснодаре у меня узнаваемый голос, ведь я много чего записываю.

Как вы попали в радийную сферу?

В радийную сферу я попал в 1994 году. Начинал работать на радио Икс. Оно открылось 8 марта 1994 года, и эта дата считалась Днем рождения. Я со своим другом Эдуардом Гудзировым делал программу Независимая музыка. Это был какой-то чуть ли не школьный проект. При этом мы обладали эксклюзивным материалом, которого ни у кого не было, и который был редкостью. Например, Psychic TV, Swans - такая независимая по тем временам экспериментальная музыка. Тогда все попадало к нам через странные пути - это привозилось на кассетах, например, из Харькова или почему-то из Майкопа. Можно сказать, что мы стали точкой распространения темной музыки. А она на самом деле была темная - мы потом как узнали, кого мы слушали! Кошмар! В группе Coil были агрессивные гомосексуалисты, Psychic TV вообще оказался человеком, который сейчас поменял пол, нарастил себе грудь, превратился в блондинку и ходит в каком-то ситцевом халате. Зато это необычно. Мы брали рассказы, которые нам нравились, и смешивали все это с музыкой. При этом вещали с кассет. Первые два года точно. Мне, спустя несколько лет после того, как радио закрылось, многие говорили, что это слушали. Кстати, у нас на радио работали и Маша Макарова (группа Маша и Медведи, - прим. авт.), и Семен Чайка (ведущий радиостанции Сити-FM, с апреля 2012 года ведущий шоу на радиостанции Говорит Москва, - прим. авт.). Все мы пересекались. Это было хорошее время – все были молоды и свободны, полны энергии и идей. Кроме того, в 1994 году у нас на радио еще не было Интернета. Казалось бы, на радио Интернет должен быть первым делом, но новости мы получали из телетекста, как оно ни странно...

Как стали заниматься рекламой и озвучивать ролики?

Когда было радио, была необходимость озвучивать ролики. Это было несколько раз. Я даже как-то об этом не думал. А потом в ноябре 1998 года радио Икс закрылось. И все – делать нечего, какие-то деньги были, и я уехал в Санкт-Петербург. Перезимовал там, а в марте вернулся в Краснодар. В Питере я почти устроился на Европу плюс, но не дождался ответа. Вернулся, и надо же как-то зарабатывать. И это был единственный источник заработка – делать рекламу. Вначале я читал ее, как мог, смотрел, как ее делают мои друзья, думал: Я ведь тоже так могу!. Тогда я работал на телерадиокомпании АВС. Делать рекламу я начинал с Костей Омельчаком, и вместе мы работали долгое время. Сейчас понимаю - это был низкий уровень. Но пошло же! Думаю, потому, что это был живой хлеб, вот оно и заварилось само по себе.

Можете вспомнить первые озвученные вами ролики? Какие эмоции вы при этом испытали?

Я, кстати, очень хорошо помню этот момент. Это было в ДК ЖД – там была студия, где мы записывали ролик. Я ходил, повторял этот текст в холле, это было почему-то поздно вечером. Естественно, старался найти вкус текста. Практически разучил его наизусть, и мне показалось, что я сейчас могу говорить. И заговорил. Ролик приняли, все пошло хорошо. Эмоций каких-то по этому поводу я не испытывал, потому что тогда работал на радио - было гораздо приятнее выступать в прямом эфире, чем озвучивать рекламу. Тогда это было надо – это было заработком. В принципе, до сих пор это так и осталось.

Какую рекламу интересно озвучивать? С какими сталкивались нелепыми заказами?

Я долго работаю с компанией Монитор - мы делаем трейлеры. Все объявления, которые в кинотеатрах можно услышать, озвучиваю я. И вот это интересно. Здесь есть актерская игра, можно во что-то погрузиться, насмотреться этих трейлеров, а потом эту атмосферу на себя надеть, чтобы потом страшным голосом произнести текст.

По поводу нелепости - помню, из Казахстана какие-то исламские деятели попросили озвучить фильм – трактовку Корана. В результате их было три или четыре. Я до сих пор не представляю, как я это прочел. По тексту я озвучивал, что Коран людьми понимается не правильно, зачитывал критику на этот счет. Текст был огромный. При этом суть не улавливалась – что хотели сказать? Называется, кручу-верчу, и мы такие умные, а вы все балбесы.

Вы пробовали озвучивать мультфильмы, кино? Есть такие планы?

Да, пробовал, - мультфильмы. Очень интересно, но, к сожалению, ничего не получилось. У нас в Краснодаре ничего такого не производится. В основном, это частные производители или фрилансеры. Цели бывают разные, да и задачи ставятся очень причудливые. Помню, был новогодний ролик - про директора, офис и секретаршу. И я был рассказчиком, директором и еще кем-то. Я сам всех озвучивал и все сам сводил. Работать было очень интересно, но так получается, что жизнь заставила нас быть универсальными, поэтому приходилось учиться озвучивать по-разному и всем заниматься самому.

Кто это - универсальный диктор?

В это понятие я вкладываю определенный диапазон возможностей, которые есть у этого человека для самовыражения. Универсальный диктор по своей сути актер. Я знаю таких людей, которые живут, например, в Украине и могут читать только низким, псевдосексуальным голосом объявления о модных магазинах. И это весьма скучно. Ты ему направляешь задание, просишь озвучить какой-то ролик и по-человечески сказать фразы - как люди в жизни говорят, а он присылает картонное чудовище - говорит, как робот, при этом, чтобы просвечивалась его богатая частотка. На мой взгляд, это не универсальный диктор.

В одной из баз дикторов в описании вашего голоса указано: мощный баритон, шикарный голос федерального уровня. Что означает голос федерального уровня?

Есть московский стандарт, правда, уже больше московско-питерский. Все информационные каналы расходятся оттуда. Так вот, есть определенный московский пафос и определенная подача. Это факт. И с этим приходится только мириться. Уровень столичной презентабельности дикторов делает их высокооплачиваемыми. Самый известный из них – это Сергей Чонишвили. Известен тем, что является голосом телеканала СТС. Он озвучивает очень большое количество рекламы, как федеральной, так и мировой. И все заказчики его хотят. Потому что, это уже определенный бренд, вот это - федеральный уровень. Конечно, до этого мне еще расти.

На ваш взгляд, что в ролике важнее –  содержание (правильный текст) или озвучка, работа диктора?

Все важно. Бывает такое, что голос и исполнение вывозит весь текст, всю чушь, что там написана. Заказчики иногда такое пишут, что ты ужасаешься. Например, не ставят знаки препинания, а ты решай сам, что от тебя хотят. Приходится придумывать какие-то варианты. По-хорошему, написанием текста занимается креативный отдел. Люди системно работают над этим, они понимают всю ситуацию на рынке рекламы, вникают во все нюансы, обстановку этого заказчика. Они пытаются понять, как сделать так, чтобы это отличалось от конкурентов. Это в идеале. Поэтому, там где все хорошо, все хорошо и получается.

Как привлечь внимание потребителей к товару или услуге за 15-20 секунд ролика? Как сделать так, чтобы реклама не раздражала?

Тут сложно сказать. Цель рекламы какая? Что-то продать и привлечь внимание. Некоторым заказчикам не важно, будет ли реклама раздражать или нет. Самое главное – это вызвать какую-то эмоцию. Некоторые намеренно делают гадость, откровенный и прямолинейный тупняк, иначе это не назовешь. И это раздражает, но это же зацепило! Другое дело – будет толк или нет, неизвестно. По мне, самый оптимальный и лучший способ что-то рекламировать – это говорить по-человечески. Это наиболее комфортно, и это затрагивает чувства. Мне кажется, что реклама должна быть человечной. Из центра нашей страны идет пафосный гонор, и мы вынуждены находиться под его прессом. Мне кажется, это некрасиво, и это уже себя изжило. Ведь сколько можно? Так люди не разговаривают. Я не могу озвучивать такие ролики. Нет, я могу, но ужасно не хочу.

Какие обычно взаимоотношения складываются с заказчиками? Есть ли у кубанцев стереотипы в отношении аудиорекламы? Их сложно преодолеть?

Стереотипы есть у всех, и любой заказчик – это человек. И у него есть определенный набор штучек, которых он нахватался, и считает, что они являются хорошими и крутыми. Как их преодолеть? Тут бывают разные методы. У кого-то есть авторитет. Собственно, в рекламе многие за счет авторитета и получают заказчиков. Они могут создать впечатление, что у них есть вкус и верное представление, как оно должно быть. В таком случае заказчику ничего не остается, как довериться. На мой взгляд, это самый лучший вариант. Другой вариант – страдальческий. У нас это встречается часто, не знаю, как в других городах. Человек, который имеет деньги, в данном случае заказывает музыку. Но проблема в том, что он часто не понимает массы нюансов. Он пытается влезть в процесс, при этом не может сформулировать, что же он хочет, так как у него нет представления об этом. И он становится в позицию барина, которому подавай и подноси – А вот это я буду, а вот это я не буду. А что будешь? Не знаю. Но что-то не так, давай переделай. И всегда, слегка так, пренебрежительно... С такими людьми необходимо иметь терпение и только терпение. Некоторых это и не спасает. Люди, поработав с каким-то заказчиком, понимают, что они не хотят вот с этим бороться. Это унижение, которое испытываешь, и количество потраченного времени просто невыгодно. За это время можно сделать другие вещи. Зачем тратить время, если человек невменяем и ничего толкового не может сказать?

Расскажите о краснодарских дикторах. Как много у нас работает представителей этой профессии?

На данный момент у нас есть три человека, которые заполняют рекламные блоки в Краснодаре. В том числе это Виктор Бабков (Девятый канал)  и Александр Асланов (радио Шансон). Ситуация поломалась, когда появился Интернет и удаленная работа. Все стараются уйти от местных голосов. Не потому, что они ужасны, а потому, что их мало. В масштабах Краснодара дикторам трудно заработать — здесь нет полной загрузки, чтобы эта деятельность могла полностью дать средства для жизни.

Как вы относитесь к тому, что на радио зачастую работают дикторы без специального образования, с плохо поставленной дикцией?

Ужасно, как еще к этому можно относиться? Я считаю, что в Краснодаре вещания вообще не существует. То, что у нас есть, нельзя считать за радио, и я не понимаю, почему это делают. У нас нет людей, которые имеют собственное представление о том, что они делают. Это наша местечковая и провинциальная беда. У нас просто копируют центральные станции. Люди с перетянутыми косичками буквально вопят в эфир.

У нас на радио Икс изначально был другой подход – мы в эфире были личностями. Сейчас же мальчики и девочки самым постыдным образом кривляются в микрофон. Такое радио не хочется даже слушать. И любому здоровому человеку, как мне кажется, это не интересно слушать. У Радио 107 ничего местного нет -  у них все чужое. У Первого радио, на мой взгляд, тоже есть проблемы, но в целом, тот небольшой переформат музыкально-информационной станции, который они недавно сделали – уже лучше. Есть претензии к некоторым ведущим, но это мелочи. Но краснодарское радио необходимо сделать более интересным, а главное – местным. Где, к примеру, жизнь Краснодара? Они из этого города в этот город вещают. Ведущие должны говорить о том, что здесь происходит, например, о ценах на Сенном рынке, вести репортаж с дорог, а не брать информацию с Яндекс. Пробки, звать простых людей в студию – вот это и будет местная станция. Зачем человеку слушать сейчас местное радио, если есть, например, DFM,  где более бодрые и естественные ведущие, и все качественно сделано. Про радио Казак FM ничего плохого сказать не могу – идея мне нравится и вполне понятна. Ведь для чего это делается? Чтобы все поняли, откуда они взялись, и кто они такие. Было бы здорово, если бы на местных станциях вообще гэкали и шокали в эфире. Но это надо делать мило и честно.

У вас есть собственная продакшн-студия. Чем вы занимаетесь, и кто у вас работает?

Озвучиваем рекламные ролики, создаем джинглы. Наша студия не имеет названия. Команда состоит из двух человек – я и звукорежиссер Станислав Угнивенко. Этим человеком я очень горжусь, он отличный специалист. Студия у нас технически упакованная - есть все необходимое оборудование, все возможности. А процесс реализации заказа прост – мы получаем текст и делаем то, что мы представляем.

Над какими проектами вы работали? Что запомнилось больше всего и почему?

Например, моя первая федеральная работа, которую заказывали из Москвы, – ролики про бытовую технику компании Rolsen. Они крутились по всей стране. Это совершенно другие джинглы – есть атмосфера, задумка режиссера, уже готовый видеоряд. И в это все необходимо влиться и прочувствовать.

Не так давно я прочел очень веселый текст про мясокомбинат, приблизительно с таким текстом: Собрать ребенка в школу и обязательно положить ему с собой бутерброд с колбасой - добрая традиция уже многих и многих лет. Бред, конечно (смеется). Бывают и презентационные фильмы – медицинских контор или клиник. Не так давно был объемный фильм про компанию ПАНХ (организация предоставляет авиационные услуги в России и за рубежом, специализируется на разработке и развитии авиационных технологий, - прим. авт.). Читал и презентационные фильмы про Краснодарский край. Озвучивал фильм про Дагестан, который производился для экономического форума в Сочи.

У меня есть постоянный заказчик – это продакшн-студия Седьмое небо, которая находится в Казани. Также есть кинокомпания Я продакшн. Ко мне они обращаются, чтобы я прочел закадровый текст к какому-нибудь фильму. Я очень плотно сотрудничаю с Ruport (рекламное агентство в Краснодаре, - прим. авт.).

Кроме радио и озвучки рекламы, я одно время работал на телевидении – занимался программой Цена вопроса. Эту передачу выпускал Ruport на трех местных каналах. Я был ведущим в кадре. Программа просуществовала пять лет, если честно, сам удивлен. Главным автором передачи была Нина Шилоносова. Она заставляла меня бегать по лесам, одевала в разные костюмы - чего только не было! (смеется).

Как долго вы добивались узнаваемости?

Я не добивался. До определенного времени она вообще против меня работала. Я даже пытался эмигрировать, потому что в городе никого не было до эпохи Интернета и заказных голосов. Можно было включить рекламный блок на радио и прослушать его в собственном исполнении от начала до конца. И это, естественно, никому не нравилось. Для любого заказчика разве это здорово? Оплатил рекламу, потратил кучу денег, а в блоке его ролик практически продолжается другим, который озвучен этим же голосом. И все они сливаются. Пытался как-то по-разному озвучивать. Для кого-то вырабатывал определенную интонацию или, например, применял Pitch+Shift в аудиопрограммах, чтобы понизить голос.

А сколько времени приходилось работать над постановкой голоса?

Я все время этим занимаюсь. Это беспрерывный процесс, это образ жизни. Во-первых, это моя суть – мне надо расти, иначе, будет тоскливо. Я знаю таких людей, которые думают: Я все знаю, все умею, зачем мне совершенствоваться?, но я не такой. Я должен ощущать процесс и игру, чтобы жить и иметь способ выражения. Можно ведь по-разному любое предложение прочесть – с нюансами или без. В последнем случае будет автомат – робот-чтец. А текст доходит только, когда есть эмоция. И это закон – театральный закон. С этим я несколько лет мучился. Очень благодарен Борису Крапивко (оперный певец, - прим. авт.). Этот человек поставил голос Анне Нетребко (прима мировой оперы, солистка Мариинского театра, - прим. авт.). Он - самородок. Я ходил к нему около девяти месяцев и понял, чего мне не хватает. Знаете, это ведь определенная йога, так как работает все тело. Если в процессе озвучки существуют преграды, например, мышечные блоки, которые напрямую связаны с психологическими блоками, что произойдет? Да ничего. Сейчас, когда я становлюсь к микрофону, понимаю кто я. Ну, последние лет семь-восемь точно. Обучение давалось мне очень тяжело. Как я уже говорил, по сути – это актерская работа. Все центральные дикторы имеют такое образование. А я был в запущенном состоянии. Номинально, у меня психологическое образование. Почему номинально? Потому, что в это время я уже работал на радио, и я его не получил. Нет, я закончил вуз, получил диплом, но я не считаю, что я психолог.

Ваш голос краснодарцы знают, но как вы выглядите - немногие. Как вы к этому относитесь?

Я не считаю аудиорекламу средством самовыражения. Я и на радио столько лет проработал максимально скромно. А смысл кричать, какой я классный? За некоторые ролики, вообще, бывает стыдно. В последнее время их стало мало, но попадаются.

Ваше отношение к профессиональным премиям или наградам? Считаете ли их признанием?

Нет, и не считаю, что это нужно. Это просто смешно. Один раз попал на премию Попова - это полная клоунада. И это совершенно никакое не признание. Признание – это когда тебя слушают. А так – зачем это нужно? Для меня необходимо выйти на качественный уровень, ведь главное в моей работе – это стоимость. Например, тому же самому Чонишвили платят 250 долларов за озвучку одного ролика. Поэтому в наградах я не вижу никакого смысла.

Какие строите творческие, бизнес-планы?

Хочется, конечно, поучаствовать в творческих проектах, которые связаны с актерской деятельностью, например, озвучивание тех же самых мультиков. Сейчас я жду решения от Spider Group (краснодарское агентство, которое занимается разработкой и поддержкой web-сайтов, рекламой, - прим. авт.). Я уверен, что у меня с ними все получится. Интересно было бы озвучить документальный фильм, например, BBC или Discovery. Но у них есть такие дикторы-рассказчики, что я среди них – никакой.

Кроме того, хотелось бы оказать влияние на местное радиовещание – переломить эту ситуацию. У меня есть свое представление, и оно основано на нормальном, взрослом и адекватном понимании того, как все происходит. Мне кажется, от этого была бы польза. К сожалению, на это совсем нет времени. Пока меня не позовут, я, наверное, сам не позовусь.

Дарья КЕКОШ, ИА Живая Кубань








Яндекс.Метрика