Предложить новость

Возможно ли справедливое судебное разбирательство в Краснодарском крае?

Студенту из Анапы не дают возможность отстоять свои гражданские права (Продолжение)

Возможно ли справедливое судебное разбирательство в Краснодарском крае?

Студенту из Анапы не дают возможность отстоять свои гражданские права (Продолжение).

«Живая Кубань» уже рассказывала о том, что 22-летний студент-заочник из Анапы Никита Ермаков 3 апреля был задержан на улице  родного города патрулем полиции  за нарушение режима самоизоляции. По факту такого «вопиющего» правонарушения был составлен административный протокол. Судья анапского городского суда определил наказание в виде штрафа в 20 тысяч рублей. По апелляции дело рассматривалось краснодарским краевым судом - и решение анапского суда было оставлено без изменений. Ни полицейский патруль, ни судейские товарищи - в Анапе и в Краснодаре - не сочли смягчающим обстоятельством то, что парень шел на собеседование, чтобы устроиться на работу.     

  В нашей прежней публикации был комментарий юриста Игоря Шибалкина. Он, опираясь на утвержденный 21 апреля 2020 г. Президиумом Верховного Суда РФ «Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», высказал мнение, что Никиту не должны были привлекать к административной ответственности за нарушение ст. 6.3 КоАП РФ. 

  «Как мне представляется,  Верховный суд в своем обзоре дал понять, что недопустимо применять статью о нарушении карантина (6.3 КоАП) в отношении здоровых неинфицированных людей, которые не контактировали с больными и не представляют реальной опасности», - отметил юрист.

  Но история получила нелицеприятное для судебной власти продолжение. В наше время - чтобы не прослыть неблагонадежным - лучше цитировать великих. Польский писатель и философ, любитель каламбуров Станислав Ежи Лец отмечал: «О государстве лучше всего судить по тому, как в нём судят». Никиту в Анапе и в Краснодаре судили фантастически быстро, с его слов - без попытки разобраться по существу, проявить мудрость и (в хорошем смысле слова) государственность.

  20 тысяч рублей штрафа за это правонарушение - немыслимая для Ермакова сумма. Оклад на его последнем месте работы - менеджером по запасным частям в одной из анапских СТО - составлял «весомые» 15 тысяч рублей в месяц. Сейчас нет ни денег, ни работы. Никита смоделировал, что будет, если он не выплатит штраф: судебные приставы начнут, исполняя свой служебный долг, описывать имущество (шмотки, что на нем, да плюс - сотовый телефон), напугают родителей.   Весь этот «ужас-ужас-ужас» вполне реален, поскольку отстаивание своих гражданских прав дается Никите Ермакову с большим трудом. Точнее - не дается вовсе.

  По завершении суда в Краснодаре ему рассказали, что постановление он сможет забрать в анапском городском суде: мол, туда оно будет переправлено. 4 мая (спустя неделю после суда в Краснодаре) Никита пришел в анапский городской суд, но дальше проходной его не пропустили. Слава Богу, дали номер телефона канцелярии. По нему милый женский голос пояснил, что запрос на постановление надо отправить на адрес канцелярии по электронной почте. Что Никита и сделал в тот же день. 6 мая ему пришел ответ: мол, ваше обращение неправильно заполнено/оформлено. И опять Никита звонит в суд, долго не соединяют, но, в конце концов, объяснение таково: запрос надо было отправлять через портал Госуслуг. 

  Никита Ермаков «обыскал»  весь сайт Госуслуг, но так и не понял, как, через какие службы надо отправлять запрос в суд на получение решения вышестоящего суда. В конце концов, через чат службы поддержки выяснилось, что подобные услуги «Госуслуги» (простите за тавтологию) не предоставляют. Попытки Никиты дозвониться в канцелярию анапского городского или краснодарского краевого судов были безуспешны. 

  Никита - молодой человек, который «по макушку» погружен в Интернет, в современные средства коммуникации. И даже он не может понять, куда обращаться, что нажимать. А каково людям, которые в силу возраста или образования пользуются не смартфонами, а кнопочными «звонилками». Как им, 50-60-летним, продираться сквозь компьютерные «буераки» к своему законному праву?!  

  Тут надо заметить, что время на подачу апелляции или обжалования решения суда начинает отсчитываться с момента получения этого самого решения. Но на руках у Никиты нет постановления суда, чтобы попытаться защититься в вышестоящей инстанции, и не к чему апеллировать. Анапская городская организация КПРФ помогала раньше и сейчас готова помочь Никите: составить, к примеру, заявление в вышестоящие инстанции о несогласии и с решением прошедших судов. Но опять же нужно иметь постановление краевого суда, нужна «точка отсчета».   

  Теоретически можно было бы «смотаться» в Краснодар, в краевой суд и взять-таки постановление. Но, во-первых, у Никиты нет денег на подобную поездку: он по-прежнему безработный. Во-вторых, она  с большой долей вероятности окажется бессмысленной, если ему уже было сказано, что документ он может забрать в анапском городском суде. Но не может же в судебном мире правая рука не ведать, что творит левая рука!  Ну и, в третьих, затянувшийся период самоизоляции, работа на «дистанционке» всех организаций и ведомств, а также майские праздники создают какой-то фон невнятности,  необязательности присутствия и исполнения.. 

  Никите несколько обидно, что окружающие считают его, образно говоря, теленком, бодающимся с дубом. Окружающие, и даже самые близкие люди, не верят, что противостояние государственной машины и простого маленького человека может закончиться победой последнего. Мол, так не бывает!

  Вчера будущее казалось Никите Ермакову безоблачным. Какой урок он вынесет из всей этой истории сегодня? Каким сформируется его отношение - нет, даже не к судебной системе, а вообще к государству?!

Ранее "Живая Кубань" сообщала, что Главное следственное управлении СК РФ завершило расследование уголовного дела в отношении бывшего судьи Анапского районного суда Владимира Стародубцева и его пособников - сына Александра и Геннадия Еременко.