Меню сайта

Где мои дети?

Полтора года жительница Новороссийска пытается вернуть на Родину несовершеннолетних детей, которых бывший муж вывез в Испанию.

Не первый месяц вся страна следит за перипетиями жизненной истории москвички Ирины Беленькой. Молодая женщина оказалась в эпицентре международного скандала, пытаясь после развода с мужем-иностранцем оставить у себя трехлетнюю дочку Лизу. Выпуски новостей последних дней не обходятся без подробностей семейной драмы Кристины Орбакайте, гражданский муж которой забрал у певицы одиннадцатилетнего сына Дени.

Между тем мало кто знает, что подобные истории - не редкость для Краснодарского края. Случаи, когда после расторжения брака супруги превращают своих детей в инструмент для достижения собственных целей, выливаются  в итоге в судебные процессы, длящиеся годами. Как правило, в таких историях трудно однозначно назвать правых  и виноватых, ясно одно: из-за непонимания родителей, из-за волокиты, присущей административной машине, страдают дети. Еженедельно в судах различной инстанции Краснодарского края разводятся десятки семейных пар. Если мужьям и женам не хватает терпения, такта, жизненного опыта, чтобы договориться с теперь уже бывшей второй половинкой о воспитании детей, то ни к чему хорошему такое непонимание, как правило, не приводит.

Когда проходит любовь


Нина и Зекий Валиевы (фамилии изменены из этических соображений. - Авт.) сыграли свадьбу летом 1999 года. Под марш Мендельсона и звон фужеров с шампанским  хрупкая блондинка Нина смотрела на своего мужа и не могла предположить, что десять лет спустя они окажутся по разные стороны судебных баррикад и вместо слова любимый будут обращаться друг к другу не иначе как истец и ответчик.

Поначалу все складывалось хорошо. Валиевы  жили в Геленджике. Муж занимался коммерцией, жена тоже работала, рожала и воспитывала детей. Вскоре после свадьбы родился Али, через два с половиной года на свет появился Шамиль, младшая, Мелиса, родилась на год позже. Бизнес Зекия процветал, в 2007 году мужчина взял кредит в банке и приобрел недвижимость за границей - домик  в испанском городке Дения на берегу Средиземного моря.

- Мы уехали в Испанию всемером, - рассказывает Нина Валиева. - Дети, мы с мужем и его родители. У всех были оформлены шенгенские визы. Поначалу планировалось, что за границей мы проведем лето, потом решили задержаться. А вскоре наша семья затрещала по швам. Я узнала, что у мужа есть вторая, неофициальная, семья - женщина в Новороссийске, которая ждет от моего супруга ребенка. Отношения с родителями Зекия не заладились. Детям трудно было адаптироваться в чужой стране из-за незнания языка. В начале 2008 года, когда мой муж уехал к своей любовнице, я забрала детей и вернулась в Россию, к моим родителям в Новороссийск. Муж, узнав об этом от своих родителей, прилетел следом и заявил, что дети останутся с ним. Мы с детьми не скрывались от Зекия, несмотря на угрозы с его стороны. Я всегда была сторонницей того, что детям нельзя запрещать общение с отцом. В феврале прошлого года муж забрал двоих детей на выходные. А потом, воспользовавшись тем, что я была на работе, написал заявление в милицию, что моя мама насильно удерживает его сына. С помощью людей в форме Зекий забрал и третьего ребенка и, не поставив меня в известность, вывез всех детей за границу. Узнав о случившемся, я бросилась к нотариусу и в миграционную службу, чтобы отменить свое прежнее разрешение на вывоз несовершеннолетних детей за рубеж. Я опоздала всего на день…  Мои дети оказались в Испании. Я не видела их с конца февраля прошлого года.

Судебные тяжбы

Если люди не могут найти взаимопонимания, то точки и акценты в их отношениях расставляет суд. Нина Валиева  обратилась в городской суд Геленджика с исковым  заявлением о расторжении брака, определении места жительства несовершеннолетних детей и взыскании алиментов. В этом документе истица отмечала, что семейные отношения у них прекращены, фактически ответчик создал другую семью, в связи с чем примирение не представлялось Нине возможным. Сам Зекий на судебное заседание не явился, его представитель не возражал против расторжения брака с истицей, однако просил оставить детей с отцом, считая, что именно Зекий имеет лучшие условия для их содержания и воспитания. Выслушав аргументы сторон, в декабре прошлого года суд принял решение удовлетворить исковые требования Нины Валиевой, оставив ей детей, и взыскать в пользу истицы на их содержание половину заработка бывшего мужа ежемесячно.

Отпраздновать победу Нине Михайловне не удалось. Она еще не подозревала, что попала в масштабный бюрократический оборот, который растянется на недели, месяцы и, по всей видимости, годы.

Зекий Валиев подал кассационную жалобу на решение городского суда Геленджика, Нина Михайловна - возражения на эту жалобу. В кассационном порядке слушание  дела проходило в феврале этого  года в Краснодарском краевом суде.

- Зекий Валиев предоставил в кассацию пакет поддельных документов, - говорит представитель Нины Ольга Вагнер. - Их внешний вид и содержание не выдерживают критики. На справках из милиции и наркодиспансера отсутствуют надлежащие печати, фамилии руководителей не соответствуют занимаемым должностям. Поскольку бывший муж моей подзащитной никогда не скрывал своих намерений отобрать у матери детей, то было понятно, что Нине нужно подстраховаться. В судебном заседании она предъявила справки из тех же инстанций, что и ее экс-супруг. Вот только содержание справок кардинально различалось.

Не будем вдаваться в бумажные подробности. Приведем только два примера. Зекий Валиев предъявляет суду характеристику, составленную на Нину участковым уполномоченным милиции, датированную январем этого года. В документе речь идет о том, что Нина Михайловна посещает собрания свидетелей Иеговы, страдает пристрастием к алкогольным напиткам и неоднократно привлекалась к административной ответственности. Нина же предъявляет справку, подписанную заместителем начальника УВД Геленджика, где черным по белому значится: упомянутый участковый уполномоченный уволен из органов еще в прошлом году. Кстати, подписи этого милиционера встречаются еще на нескольких документах, приложенных к судебному делу, и, что интересно, невооруженным глазом видно, как они отличаются друг от друга.

И второй пример. На обычных листах белой бумаги без печатей и подписей содержатся сведения о том, что Нина Валиева  как минимум трижды доставлялась в отделение милиции за распитие спиртных напитков в общественном месте, за что привлекалась к административной ответственности, шесть раз  наркополицейские якобы устанавливали ее причастность к продаже наркотиков, по поводу чего якобы составлялись административные протоколы, дважды милиция вроде бы выезжала на дом к женщине, чтобы прекратить пьяный дебош в ее квартире. Звучит убедительно, да? А где же доказательства? Их нет, зато есть справка, подписанная начальником милиции общественной безопасности УВД Геленджика о том, что за последние два года Нина Валиева к административной и уголовной ответственности не привлекалась.

Итак, доказательства того, что Зекий предоставил в суд липовые справки, налицо, вернее, на бумаге. Что делает краевой судья? Расторжение брака оставляет без изменений, вопросы же о местонахождении детей и уплате алиментов направлены на новое рассмотрение в городской суд Геленджика.

Что происходит дальше? Герои этой истории начинают ходить по кругу, собирая новые справки и предъявляя новые доказательства. Меняются судьи и чиновники, суть остается прежней: трое несовершеннолетних граждан России находятся за границей, причем их мать не знает, где именно и в каких условиях, так как не имеет с ними связи. Зекий Валиев  подает в суд встречное исковое заявление и просит оставить детей с ним, а кроме того, предоставить им право выезда в любую страну с любыми целями без нотариального согласия матери. Суд Геленджика, несмотря на возражения органа опеки, удовлетворяет его просьбы, хотя еще несколько месяцев назад в том же суде решение было вынесено в пользу Нины Валиевой. Женщина подает кассационную жалобу, дело опять попадает в краевой суд, где после очередного заседания принимается решение: направить все материалы обратно в Геленджик для нового, уже третьего, рассмотрения. Причем Зекий игнорирует требование судебной коллегии привезти детей на судебное заседание, чтобы узнать их мнение о происходящем. Круг не размыкается, время идет.

Где искать правду?

- Я знаю, чего хочет добиться мой бывший муж, - говорит Нина. - Человек восточный, он хочет указать мне мое место, унизить. Не раз в зале суда он говорил о том, что дети скучают по мне. Но Зекий готов выйти из сложившейся ситуации только на своих условиях, для этого, как он считает, хороши все средства. Он готов представить меня наркоманкой, алкоголичкой, сектанткой, не раз в присутствии свидетелей заявлял, что у него достаточно денег для решения всех проблем. Пойти на его условия - значит потерять детей навсегда. Я не знаю, где сейчас находятся Али, Шамиль и Мелиса. Шенгенские визы, на оформление которых я давала согласие, у детей давно закончились. В коридоре суда при последней встрече Зекий заявил мне, что дети в Украине у родственников, через несколько минут, отвечая на вопрос судьи, он сказал, что малыши находятся в Испании с бабушкой и дедушкой. В какие двери мне стучать, кого просить о помощи? А ведь старшему Али через месяц исполнится десять лет, и согласно российскому законодательству он получит право самостоятельно выбирать, с кем ему оставаться - с отцом или матерью. Вот только кто спросит его об этом, если Зекий скрывает его и от меня, и от суда.

- Занимаясь защитой Нины Валиевой, я столкнулась с чудовищными проявлениями бюрократии и формализма, - заявляет Ольга Вагнер. - Я от имени моей подзащитной обратилась в прокуратуру с требованием привлечь ее бывшего мужа к уголовной ответственности за преступление против правосудия - имеются в виду те подложные документы, которые Зекий Валиев предоставил в суд. В возбуждении уголовного дела было отказано с формулировкой, не выдерживающей здравой критики с точки зрения российской юриспруденции. Жалоба в краевую прокуратуру была спущена вниз, в Геленджик, и вновь не нашла удовлетворения. Складывается парадоксальная ситуация: липовые справки играют в уголовных делах решающую роль, а официальные сведения о том, что Зекий Валиев неоднократно подозревался в мошенничестве, вымогательстве и проч., за подписью начальника криминальной милиции УВД Геленджика ни в суде, ни в прокуратуре не играют никакой роли. Никто и не пытается вникнуть в суть проблемы, ведь нас даже ни разу не вызывали в следственный отдел при прокуратуре г. Геленджика для дачи показаний.

Требуются переговоры

- Эта история, увы, не единична, - говорит Галина Дорошенко, уполномоченный по правам ребенка в Краснодарском крае. - С начала нынешнего года к нам поступило 50 заявлений от представителей семей, в которых после расторжения брака отец и мать не смогли определить, с кем останутся дети. Вопрос о воспитании несовершеннолетних после развода родителей очень тонок и деликатен. Зачастую ребенок становится разменной монетой в отношениях взрослых. Мамы и папы реализуют свои амбиции, а дети получают расшатанную психику. Если родители не могут договориться, то решение о месте нахождения ребенка принимает суд. Третьего не дано. Мы же готовы  помочь Нине Валиевой  в том случае, если она считает, что права ее детей нарушены.

От автора

Газетная полоса не в силах передать накал эмоций и страстей, присущий жизни. Практически у каждого из нас есть дети, и соответственно каждый  может оказаться в ситуации Нины Валиевой. Если у разведенного родителя не будет на руках решения суда о местонахождении ребенка, то бывший супруг или супруга в любой момент могут забрать малыша и увезти в неизвестном направлении. И тогда для оставшихся с пустыми руками папы или мамы начнется хождение по мукам… И, увы, далеко не у каждого есть возможности Кристины Орбакайте лоббировать решение вопроса в свою пользу.


Цитата в тему

По-прежнему больная тема - это длительность рассмотрения дел в судах. Нужно разработать процессуальный механизм, ускоряющий принятие судебных решений. Недопустимо, когда дела рассматриваются годами, а люди томятся в коридорах. От качества работы судейского корпуса, от культуры и внимания к людям зависит отношение граждан к государству и праву.

Из выступления Президента России Дмитрия Медведева на торжественном собрании, посвященном 85-летию Верховного суда.

ВАЛЕНТИНА АРТЮХИНА. http://ki-gazeta.ru/rubrics/law/22440.html>газета Краснодарские известия








Яндекс.Метрика