Перейти к основному контенту
13.09.2022 17:13

В Краснодаре семья Захарченко борется за здоровье сына почти год

Все это время родные безуспешно пытаются добиться и справедливого наказания виновных

В Краснодаре семья Захарченко борется за здоровье сына почти год
Фото: семьи Захарченко
Фото: семьи Захарченко

После травмы, полученной на батутном комплексе, установленном в семейном ресторане «Город детей» в Краснодаре (ул. Уральская, 162/2) Никита Захарченко оказался прикован к постели. Жизнь для него ограничилась четырьмя стенами.

Роковой бросок

До несчастного случая 18-летний юноша учился на юрфаке.

В Краснодаре семья борется за здоровье сына почти год

В конце осени 2021-го он устроился официантом в семейный ресторан «Город детей». Для студентов такая подработка обычное дело.

1 декабря 2021-го у Никиты Захарченко, по словам его мамы Марины Владимировны, был выходной, но его вызвали на работу «на пересчет посуды». Студент пересчитал «порученные» ему стаканы-бокалы в районе полуночи. После этого работник зала Руслан Биджиев, который занимался борьбой, решил продемонстрировать коллегам амплитудный бросок. С захватом на батуте и с падением в сухой бассейн с шариками, который младенцу по колено.

Заметим, что этот непростой элемент выполняется исключительно на борцовском ковре, и этому приему не обучают ребят, стаж тренировки которых год-два – нужны опыт и навыки. «Показательное» выступление закончилось тем, что Руслан, выполнив бросок «как обучили», просто воткнул Никиту в дно бассейна, то есть в пол... Никита закричал от боли. Сотрудники вызвали «Скорую».

Родители о несчастье ничего не знали. Никто из руководства не удосужился сразу же оповестить семью. По словам Марины Владимировны, в первой краевой больнице находящемуся уже без сознания Никите врачи кололи адреналин, чтобы он пришел в себя и смог дать разрешение на операцию. Ведь не было рядом родных, которые могли бы дать необходимое согласие.

Только на следующий день в районе обеда Марине Владимировне позвонила дочь и сказала, что с ней связались друзья брата и сообщили, что Никита в реанимации в первой краевой, у него перелом 5 и 6 позвонков, его экстренно прооперировали.

Марина Владимировна позвонила лечащему врачу сына.

- Пока никаких встреч, состояние тяжелое. 6-го будет повторная операция, - сказали ей.

В больницу к сыну Марина Владимировна смогла попасть только 8-го декабря. Никита был подключен к аппарату ИВЛ, так как был не в состоянии дышать самостоятельно … Доктора сказали, что сын парализован.

В Краснодаре семья борется за здоровье сына почти год

11 января Никиту выписали с диагнозом «травматический разрыв межпозвоночного диска на уровне шеи». Он в реанимации был 1,5 месяца.

И уже 9 месяцев Никита лежит дома. Мама рядом. Марина Владимировна вынуждена была уволиться, чтобы ухаживать за обездвиженным сыном. Отец Владимир Михайлович, работающий дальнобойщиком, остался единственным источником дохода семьи.

Вот вам 60 тысяч – и отстаньте?

Представители руководства ресторана вроде как пытались «замять» это дело и решить вопрос «по-тихому». Когда Марина Владимировна попыталась узнать, будет ли сыну хотя бы оплачиваться больничный, сотрудники «Города детей» предложили ей… 60 тысяч рублей и якобы подсунули для подписи бумажку: мол, компенсацию получила, более претензий к владельцам бизнеса не имею. Мать от этой подачки отказалась.

На сегодня финансовых проблем у семьи более чем. Только кровать для людей с такими переломами позвоночника стоит порядка 70 тысяч. Необходимые на сегодня операции, реабилитационные мероприятия тянут почти на 2,5 миллиона. У Захарченко таких денег нет. Из имущества, разве что дом в СНТ «Радуга» возле хутора Ленина, где семья и живет.

Попытки семьи выйти на генерального директора ООО «Город детей» Геннадия Мелконова оказались бесполезными. Не желает общаться с семьей Геннадий Сергеевич. Только через юриста. Захарченко были вынуждены обратиться к адвокатам…

На первый взгляд, может показаться, что это несчастье – случайно. Вроде ведь обычная мальчишеская дурь: пошли покувыркаться, не рассчитали. Но в оценке данной ситуации точно не стоит включать эмоции. Есть закон. И только с точки зрения закона можно давать оценку этому случаю.

В январе 2022-го Марина Захарченко написала заявление в прокуратуру. Прокуратура передала дело в следственный отдел по Карасунскому округу города Краснодара следственного управления Следственного комитета РФ по Краснодарскому краю. Был направлен запрос в Государственную инспекцию труда по Краснодарскому краю.

Людмила Любина, начальник отдела, главный государственный инспектор по охране труда Государственной инспекции труда в Краснодарского края провела своё расследование в пределах компетенции и пришла к заключению, что данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством. (Копия заключения имеется у редакции).

Частный предприниматель Мелконов Г.С. был вынужден на основе этого заключения и предписания составить акт о несчастном случае на производстве.

В Краснодаре семья борется за здоровье сына почти год

В документе черным по белому указано на целый букет нарушений Трудового кодекса РФ со стороны руководства семейного ресторана. Напимер, согласно акту, Мелконов, сам прошедший обучение, не организовывал мероприятия для сотрудников по управлению рисками во время использования аттракционов. Тот же Биджиев, бросивший Никиту, не был даже ознакомлен с инструкцией по безопасной эксплуатации механизмов.

А когда случилось несчастье, Мелконов даже не удосужился организовать расследование, чтобы понять причины и избежать новой трагедии.

В Краснодаре семья борется за здоровье сына почти год

Загадочное исчезновение ст.143

В следственном комитете дело было поручено капитану юстиции Р.В. Назарову. Казалось очевидным, что по данному несчастью необходимо было провести проверку по двум статьям УК – 118-й «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности» (чем должна была заниматься полиция) и 143-й – «Нарушение требований охраны труда» – это «зона ответственности» следственного комитета.

Уголовное дело по статье 118 УК, где ответчиком выступает Руслан Биджиев, которого владельцы ресторана уволили сразу же после происшествия, сейчас ведется. Но открыто оно было только в августе, спустя восемь месяцев после происшествия.

А дело по ст.143, где обвиняемым мог стать Мелконов, по сути… растворилось. А в нем много «интересного», что следователи в силу своей профессии просто не могли проигнорировать.

Согласно допросам Захарченко, Беджиева и иных свидетелей, инструктаж по охране труда с ними не проводился, они не подписывали соответствующие журналы. Возникает вопрос, откуда возникли в них их подписи? Кроме того, в заключении трудового инспектора есть все данные, подтверждающие отсутствие обучения и инструктажа сотрудников. Данный факт стал основанием для рапорта о подделке подписи и очередной проверки.

В Краснодаре семья борется за здоровье сына почти год

В другом рапорте старшего дознавателя отдела дознания отдела полиции по Карасунскому округу Э.А. Шевченко сказано, что в действиях Мелконова формально усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст. 143 УК РФ.

В Краснодаре семья борется за здоровье сына почти год

Но все эти рапорты появились не сразу, а уже после малопонятной следкомовской «карусели», которая длилась с конца прошлого года по август нынешнего. Следователь Назаров 23 марта зачем-то передает дело из Карасунского подразделения Следственного Комитета в отдел Центрального округа Краснодара.

Там, понятно, удивились такому вот необоснованному «сбагриванию», и 2 апреля дело возвращается «карасункому» следователю. 12 мая дело оказывается уже в отделе полиции. 8-го июня дело снова в Следственном Комитете. 22 июля дело вновь в полиции. И теперь речь исключительно о 118-й.

Нет более 143-й. Никого из правоохранителей не заинтересовали и факты, указывающие на возможные фальсификации с подписями. А это ст. 327 УК РФ «Подделка, изготовление или оборот поддельных документов, государственных наград, штампов, печатей или бланков».

В ходе проверки следователи опросили мать Никиты, сотрудников ресторана. Но, видимо, не было даже попытки опросить Мелконова.

По закону

Редакция «Живой Кубани» за комментарием обратилась к адвокату Алексею Злобину.

- В этом деле действительно немало вопросов, - отметил он. - Срок проверки сообщения о преступлении составляет до 30 суток, однако уголовное дело было возбуждено спустя 8(!) месяцев. По моему мнению, следственный комитет проводил проверку «спустя рукава» и закрыв глаза. Почему-то сразу был выведен рапорт о наличии признаков состава преступления по ст. 143 УК (нарушение правил охраны труда). К материалам проверки были приобщены заключение главного государственного инспектора труда (признавший данный случай, как связанный с производством) и акт о несчастном случае на производстве, однако следователем этим документам не дана абсолютно никакая оценка, как будто их в деле нет. Я считаю, что именно эти документы и указывают на состав по ст. 143 УК.

Ответственным за инструктаж по охране труда был руководитель организации Мелконов Г.С. Но за 8 месяцев следователь не удосужился взять показания по сути у главного фигуранта. Да, Биджиев Р.С. совершил преступление, причинив вред здоровью Захарченко Н.В., но данное преступление, я считаю, стоит в прямой взаимосвязи с нарушением правил охраны труда, ведь зная правила безопасного поведения, осознавая, что батутный комплекс, рассчитанный на вес детей до 12 лет, не предназначен для взрослых, возможно и не случилось бы данное происшествие. Но, как видно из материалов дела, ни с Захарченко, ни с Биджиевым, ни с еще как минимум несколькими сотрудниками не был проведен инструктаж. Каким образом появились якобы их подписи в журналах инструктажа, при том что они сами говорят о том, что инструктаж не проводился и подписи они не ставили (что также подтверждается заключением трудового инспектора), должны разбираться правоохранительные органы.

Думаем, что в Следственном Комитете не станут спорить с тем, что работать необходимо по закону. Редакция очень надеется, что новая проверка по статьям 143 и 327 УК будет проведена должным образом, что не останутся без внимания факты, указанные в заключении трудовой инспекции и акте о несчастном случае на производстве, что наконец-таки опросят Мелконова и его действиям будет дана надлежащая оценка.

Нужна помощь медиков

Сегодня семья Захарченко сталкивается с новыми трудностями. Никита приписан к 11-й поликлинике. Нужно заключение невролога для получения выплат по фонду социального страхования. Но оказалось, что вызвать врача на дом – проблема неразрешимая.

- Я пытаюсь объяснить, что сын – лежачий, он даже есть самостоятельно не может. Но пока нам не идут навстречу, - говорит Марина Владимировна.

«Живая Кубань» уверена, что после нашей публикации руководство поликлиники направит специалиста к Никите и поможет матери, которая и так находится на грани отчаяния, бороться за право на здоровье своего сына.

Предупрежден – значит вооружен

Наверняка кто-то, узнав подробности этой истории, скажет: «И что бы изменились, если бы парням прочитали лекцию по охране труда, по технике безопасности? Не исключено, что все равно бы полезли». Не исключено… Но ведь когда мы едем по дороге и видим щит с надписью: «Осторожно опасный участок дороги», мы же притормаживаем, потому что предупреждены. Предусмотренные законом предписания владельцам бизнеса знакомить сотрудников с техникой безопасности – для этого же: предупредить чего делать ни в коем случае нельзя. В России было несколько дел по нарушениям правил ТБ, и были приговоры, тем, кто этой нормой закона пренебрег.

Самые важные новости теперь в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь, чтобы не пропустить: https://t.me/live_kuban.