Меню сайта

Пастырь - это не гадалка, у которой на все имеются ответы

Пастырь - это не гадалка, у которой на все имеются ответы




Об отношении Русской Православной Церкви к мировым социальным и внутрироссийским гражданским процессам Живой Кубани рассказал настоятель Свято-Екатерининского собора в городе Краснодаре протоиерей Игорь Олжабаев.

Каким образом православная церковь участвует в процессах современности, например, глобализация как-то влияет на ее действительность?

Церковь - это организм, состоящий из множества нас, а мы все разные. В нашей стране 80% людей называют себя православными, и через свою паству церковь, несомненно, участвует в объективных процессах современности: унификации, сближении стран, культур, народов, единении экономики. В этом смысле никаких противоречий нет.

Как-то, несколько лет назад, ко мне в храме подошел взволнованный мужчина, озабоченный каким-то грызущим его вопросом: А будет ли православная церковь переходить на новый стиль? Будет ли раскол? Обыкновенный летний день, кризиса на дворе еще нет, тишина по вопросу старого стиля в церкви, никого это не волнует. А человек со стороны приносит нам мир, в котором он живет, и думает, что эти проблемы действительно нас занимают. Ну, глобализация. Если это то, о чем я сказал выше, мы не собираемся вступать в ряды ее противников. Но, надо признаться, этот вопрос на данный момент не является для нас волнующим. У нас единственный ответ на все вызовы современности: каждый должен блюсти себя, сам в себе строить Божий храм, не отрываться от связи с Богом. Вот главный вопрос, который нас занимает.

Православие воспринимает глобализацию и как свой личный процесс, как распространение своего мировоззрения на новые территории за счет всемирной интеграции?

Нет, конечно. Для нашей восточной православной церкви не характерна агрессивная проповедь христианства.

Интернет - эффективный инструмент для церкви? Смогла ли церковь убедиться в его полезности для своих целей?

Церковь - не какой-то деградирующий институт, который нужно долго убеждать в нормальности чего-то. Когда появился Интернет, появился и православный Интернет. Церковь пользуется этим ресурсом, как средством общения, пополнения информации. Конечно, его можно обратить и на пользу, и во вред.

А как конкретно Интернет повлиял на процесс общения с прихожанами и другими людьми: сделал его более углубленным, качественным, увеличил аудиторию?

Конечно, это есть. (Пауза). Вот знаете, в центре города у нас много храмов (хотя в спальных районах подчас никого нет). И когда строили собор Александра Невского на Красной, были мысли: кто будет туда ходить, если рядом столько храмов? Но храм Александра Невского живет, храм полон. Я уверен, построим мы здесь на расстоянии километра еще один храм, и он тоже будет жить и тоже наполнится. То есть, если мы даем человеку возможность узнать о Боге и церкви, эта возможность используется. Интернет дает такую возможность, и в этом смысле он работает на 100%. Вот (показывает распечатанные листы на столе): я как раз сижу над ответами посетителям сайта нашего храма. Это их вопросы.

Вы всегда сами отвечаете?

Я отвечаю меньше всех. Людям интересно знать мнения разных священников, а не одного настоятеля. Это подсказка и помощь. Но заменить реальной ласки между людьми виртуальное общение не может. Люди задают вопросы, а потом приходят в храм, и это самое главное, а не то, чтобы объединить кого-то в Сети.

Скажите, прихожане задают вопросы, которые ставят вас в тупик?

Конечно, я же не энциклопедия. Иногда люди хотят мыслить очень практически и ждут указаний: что конкретно следует делать в том или ином случае, чтобы получить какой-то опять же конкретный результат. Люди еще не ушли от магического действия язычества и пытаются получить точное обещание, руководство. А в жизни может быть по-разному. Будущее - тайна, а события, которые с нами происходят, - открытое поле для дискуссий. Господь раскрыл о себе и мире столько, сколько мы можем понять. Порой, любимый не может понять любимую, дети - родителей, родители - детей, не все мы одинаково усваиваем институтскую программу - каждый по способностям. И точно также познать Бога и все действия в мире вполне невозможно никому. Мы можем лишь приблизиться. Святые смиренной молитвой, трудом и воздержанием приближаются. А людям хочется, чтобы все в духовной жизни было 2 х 2=4. В духовной жизни так не бывает. Да, существуют правила, на которые церковь ориентируется, по ним регулирует важные моменты в жизненной практике христианина. Пастырь, опираясь на учение и наследие церкви, сообразуя со своей собственной духовной практикой, предлагает советы. Но пастырь - это не гадалка, у которой на все имеются ответы. Иногда просто говорю: Не знаю, как быть, давайте вместе подумаем, помолимся. Господь ведь тоже, когда к нему пришли делить наследство, сказал: Я не пришел для того, чтобы делить наследство. (Пауза). Иногда даже думаю предать бумаге разные курьезные ситуации из жизни пастора - почитать потом близким.

Вы упомянули, что 80% жителей нашей страны называют себя православными. Как вы думаете, поколение, называющее себя православным, осознает для себя цель спасения души человеческой или причисляет себя к этой религии, просто отдавая дань традиции и культуре предков?

Здесь все вместе, конечно. Но лет 20 назад тех, кто звался православным только в силу традиции, было больше, чем теперь. Освободившись от гнета коммунистической идеологии, значительная часть страны действительно вспомнила, что есть общественный и народный институт, который страдал вместе с ними - церковь. Сейчас первая волна вспомнивших, и вторая, и третья уже схлынули. Никакой моды на церковь, на веру сейчас нет. Но мы можем говорить, что процент людей, сделавших осознанный мировоззренческий выбор уже весьма высок. И 20 лет назад в храме был один возрастной срез, а сейчас совершенно иной: основу прихожан составляют молодые люди и среднего возраста. Можно судить даже по нашей молодежной организации при храме: она насчитывает более 100 человек. А сколько еще сочувствующих и тех, кто приходит в храм, не принимая деятельного участия в приходской жизни. Сколько молодых и зрелых пар, семей с детьми приходит на службы. Все-таки наши бабушки сумели передать эстафетную палочку верности Богу и церкви.

Человек не должен находиться в простейшем движении плоти. И каждому из нас уже недостаточно просто ходить с ощущением Бога в душе. А где же внешние проявления этого: в поступках, в любви, в отношении к миру? Это должно выражаться не только тем, что ты крестился.

За 70 лет советской власти хорошо поработали ножницами: у нас вырезали из души и из головы то, что отвечает за творческую, ответственную, созидательную жизнь. Стало ровненько, все за одного и один за всех. Как у Райкина: Кто конкретно шил костюм? - Мы!. Я все время говорю прихожанам: если ты православный человек, ты должен быть предприимчивым, креативным, как сейчас модно говорить, деятельным, ты везде должен быть первым - в учебе, в труде, ответственным к своей семье, к своей Родине, ты не можешь быть на последних местах, потому что понимаешь, для чего живешь, понимаешь, как мало на этой земле тебе отпущено! Сколько нужно успеть, не размениваться на пустяки, жить с горением. Мы же не общество тухлых головешек! (Пауза) Хотя сейчас, если честно говорить, наше поколение очень часто выглядит как инвалидная команда. Но изначально Христос и пришел к инвалидам. Не здравый требует врача, но болящий. Христос пришел к болящим. Мы все изранены, но, о чудо, обладающие язвами и недостатками мы приходим в церковь, и сбывается надежда на восстановление, преображение и исцеление.

Первый вопрос церкви сегодня: чтобы человек, называющий себя православным, стремился бы деятельно воплощать истины, которые проповедует православие. Возбудить в людях здоровое начало. Это главный вопрос для всех и даже для той кучки либералов, которые пытаются завести Россию: они тоже по-своему хотят пробудить какую-то творческую, созидательную энергию. Цели-то хорошие, но какими методами! Здесь мы, конечно, расходимся.

Вы говорите, должна быть личная ответственность, инициатива, личное понимание. По поводу острых процессов этого лета - истории с современным искусством в Краснодаре, истории с тремя девушками из группы Pussy Riot, осужденными в Москве, - внутри церкви есть личные мнения, или церковь едина в своем отношении к этим событиям?

Вы знаете, это не вопрос жизни и смерти, не вопрос догматов веры, здесь абсолютной консолидации мнений всех членов церкви быть не может. Мы не можем устраивать собраний по партийным ячейкам с требованием осудить. Этой компанейшины и партийщины нет. Церковь - и вы, и я, и все остальные ее члены - собрание свободных людей. Но если люди считают себя воцерковленными, у них реакции, конечно, схожи. Духовенству не нужно эти реакции формировать, прилагать усилия, окучивать паству, потому что мы, наверное, на 95% едины в неприятии акций тех девушек в Москве. Не скажу, что они бессмысленны, конечно, они со смыслом, это плод деятельности людей, которые четко знают, чего они хотят. И они же не сами по себе существуют. Всегда есть идеологи. Всегда есть те, кто задает настрой. Так вот, большинство из нас не согласны с таким настроем. Ну, а уж отличаться в мнении: на год их посадить, на два, отпустить - это уже воля каждого.

Отец Игорь, а вам лично жаль этих трех девушек, по-человечески?

Мне жаль их не за то, что их сейчас посадили - эка невидаль для нашего Отечества, в котором когда-то треть страны сидела в гораздо худших условиях, и по 20 лет, и уж, действительно, ни за что. Мне жалко, что создан на этой земле прекрасный человек, но что он написал на чистом листе своей души? Мне жалко, что на этом листе столько клякс. И если она, эта девушка, когда-то горько не заплачет, поняв, наконец: Господи, в какой же мерзости я находилась, что же я делала, если она когда-нибудь не раскается - вот мне жалко ее. Жалко, что человек может не войти в вечность с Богом. На этой земле Господь присутствует везде, и в тюрьме Он будет с ними, с этими девушками, если они захотят. И тюрьма может стать для них раем, как для многих наших исповедников и новомучеников, которые сидели, а потом вспоминали о концлагерях и тюрьмах, как о лучших годах, потому что там научились молиться и там прошли их счастливые часы единения с Богом. Так вот, будет жалко, если с девочками этого не произойдет. Будет жалко, если божье творение так и проживет жизнь, не познав своего Творца.

А чисто по-человечески, как вы говорите, мне сложно растрогаться - я, как пастырь, может быть, немного зачерствел: приходится видеть судьбы своих прихожан, и это, поверьте мне, гораздо более тяжелые условия и обстоятельства. Есть столько людей, которых можно пожалеть! По отношению к этим девушкам я спокоен.

А паства спрашивает вас насчет процесса над Pussy Riot?

Я думаю, люди уже пресыщены тем потоком информации, который идет. Прихожанами высказано отношение к этому делу, все едины, все согласны. А говорить об этом предмете каждый день никому в голову не приходит. Вообще, прихожане для себя выработали позицию, думаю, даже более жесткую, чем моя. Люди обижены.

Прощения со стороны паствы нет?

Да вы знаете, во многом и прощают. Лично каждый из нас на женщин этих зла не держит. Но кроме милосердия есть и правосудие, которое требует, чтобы была дана адекватная оценка их действиям. Эти девочки смогли опуститься в такую бездну. Русскому человеку без Бога опасно, его надо ограждать - снесет все, что угодно, и нравственное, и материальное. Мир и правда всегда были задачами русского человека. Когда наш народ с Богом - он непобедим, могуч, прекрасен, загадочен. Он по-настоящему интересен всем.

Все разговоры о гражданском обществе - это, конечно же, хорошо. Но хотелось бы, чтобы гражданское общество не подменяла крикливая и агрессивная меньшая часть народа, которая сейчас доминирует в информационном пространстве. Я говорю о либеральной интеллигенции, о представителях секуляризированного западного мировоззрения. Они агрессивны, сплоченны, могут матом написать, могут взламывать сайт суда. Это ненормально. Это не наш путь. Это истерия, которая якобы является разговором о свободе.

Не хотите порассуждать на тему будущего церкви на Кубани, будет ли здесь какая-то своя локальная ситуация?

У нас благополучный регион, в том числе потому, что есть определенная константа в моральных ценностях населения Кубани. В некотором смысле народ Кубани не так потерял себя, говорю прямо, как в иных областях России. Нашу станицу сравни-ка с вымирающим селом нечерноземья - разница всем очевидна.

Я надеюсь, что качества кубанцев - и предприимчивость, и трудолюбие, и здоровое в массе своей представление о нравственных ориентирах - будут той основой, на которой родится и экономическое чудо, и постепенно произойдет духовное преображение. Что такое 20 лет в масштабах истории? Для того, чтобы сформировался новый тип человека, свободного от предрассудков советского наследия и способного защититься от воинствующего мракобесия, которое сейчас предлагается новому человеку обществом потребления, конечно, нужно трудиться много и долго.

Я вижу большую возможность построения новых храмов на Кубани, в Краснодаре в том числе. В Комсомольском районе всего один храм - этого недостаточно. Нам очень тяжело строить и украшать новые храмы, чрезвычайно тяжело, но это нужно. У нас во многих станицах, где есть один храм, уже возводят другой: не от того, что много денег, а потому, что есть потребность. И новые храмы полны, потому что есть люди, которые хотят спасения.

Как вы ответите тем, кто упрекает православную церковь в сращивании с государством?

Церковь отделена от государства, никто не собирается сращиваться, хотя взаимодействовать мы должны. Потому, что церковь состоит из людей, а люди - это государство. Я рад тому взаимодействию, которое есть у нас на Кубани. И вообще, любое государство, цель которого - мир и процветание граждан, будет другом Русской Православной Церкви. Потому, что эти цели важны и для церкви. Святитель Филарет Дроздов говорил: Плохой гражданин Отечества земного не достоин быть и гражданином Отечества Небесного.

Анна ЧЕРВЯКОВА, ИА Живая Кубань








Яндекс.Метрика