Меню сайта

О бедном учителе замолвим мы слово

О бедном учителе замолвим мы слово


Кубанское образование по-миньковски.

Дефицит педагогических работников, повышенная нагрузка, переполненные классы, давление со стороны администрации и вышестоящих органов, некомпетентность администрации, плохое материально-техническое обеспечение, недостойная оплата труда — эти и другие проблемы не первый год сотрясают школьное образование Краснодарского края. Но власти, чтобы скрыть истинное положение дел, идут на все, используя различные уловки и принимая нетрадиционные решения. Результат —срыв майских указов президента, о чем писала «Живая Кубань» в материале «Опять двойка: на Кубани майский указ президента не выполнен».

«Оригинально» в Геленджике решили проблему нехватки учителей. Уговорили приезжих вожатых из детских лагерей

Все же хорошо, что у нас юг. И что детские лагеря на территории присутствуют, куда приезжают со всей страны вожатыми детсадовские воспитатели и даже учителя. И это не от любви к детям или морю, а элементарное желание выжить. Ведь уровень их зарплаты, особенно у нас в крае, настолько «высок», что стремление и летом, в свой отпуск, толкает их на заработки. Треть кубанских учителей получает зарплату менее 15 тысяч, и мы по этому показателю в шестом десятке российских регионов.

Прихлынувшая к летнему морю общероссийская учительско-вожатская волна оказалась настоящей кадровой палочкой-выручалочкой для школ Геленджика, о чем поведала начальник отдела образования города-курорта Олеся Радчевская в своем интервью местному телевидению. Олеся Владимировна, хотя и начала с описания собственного ужаса, но в итоге вышла на позитив:

«Я с ужасом смотрела 1 июня на прогноз того, какова у нас потребность в учительских кадрах. Но сейчас практически все вакансии закрыты… Директорский корпус ездил по детским лагерям. К нам же приезжают работать туда вожатыми и педагогические работники. И таким образом уговорили людей остаться».


  А почему только по лагерям? Прошлись бы по ларькам. Думаю, там еще больше кадров с высшим педагогическим образованием – бывших учительниц, которые бежали от 15-тысячного счастья с ежедневной угрозой проверок.

Правда, по поводу этой отрадности сразу возникли вопросы. 1. Почему из школ города уволилось в конце прошлого года учебного года такое количество учителей, что это вызвало ужас даже у руководителя городского образования? 2. Как за один выезд в детский лагерь директор, который вынужден был закрывать свои кадровые вопросы, мог четко определить уровень педагогической квалификации вожатой? 3. Если вожатых удалось в конце лета уговорить переехать работать в Геленджик, то как они успеют подготовить все необходимые документы (медкнижку, или даже справку об отсутствии судимости и прочих «крайне нужных» бумаг) до начала учебного года? Ведь без всего этого к работе с детьми допускать нельзя. Иначе – служебное преступление. 4. Каким образом предполагается предоставлять приглашенным специалистам жилье или средства для оплаты съемного жилья, если бюджет верстался в конце прошлого года и на этот год, явно, никакие дополнительные траты на оплату съемного жилья в недешевом Геленджике там не предусмотрены? 5. Если привлеченные горячими обещаниями педагоги к октябрю поймут, что и в теплом Геленджике зарплаты тоже 15 тысяч, и уволятся, то в каких лагерях будут искать кадры директора, если к тому времени все детские уже будут закрыты? 6. Очень интересно, а как будут решать возникшие накануне начала учебного года кадровые вопросы директора тех кубанских школ, учителя которых польстились на уговоры их геленджикских коллег?

Вообще-то список подобных вопросов, на которых нет ответа, можно продолжить. Но, как ни странно, один универсальный ответ на все есть. Все проблемы — от некомпетентности чиновников у власти, в первую очередь — вице-губернатора Анны Миньковой, в ведении которой находится и «забота» о народном образовании. На это, сама того не подозревая, указывает в интервью Олеся Владимировна Радчевская. Отчитываясь о подготовке в Геленджике школ и дошкольных учреждений, она рассказывает об установленных системах оповещения и камерах наблюдения. Только вот знаете, если начальник отдела образования глубоко убеждена, как и непонятная никому Минькова, что главное в школе – это кнопка пожарной сигнализации и замененная доска пола в коридоре, то это не руководитель образования, а прораб. Потому что руководитель образования (хоть муниципального, хоть краевого), в первую очередь должен был сказать именно о причинах, заставляющих бежать из школ даже опытных учителей. Не будем говорить о том, что молодежь в школы преподавать и вовсе не идет, хотя кадры заметно стареют.

Учитель виноват по умолчанию — принцип работы власти

Так вот, о чем бы стоило говорить госпоже Миньковой и ее подчиненным. О том, как в крае выполнить, наконец, указ президента о минимальных размерах учительской заработной платы. Она должна составлять среднюю зарплату по региону. А это, по глубочайшей вере нашего губернатора, который раз в полгода озвучивает все более радостные данные – более 40 тысяч рублей. Учителя, поднимите руки у кого соответствует? Что-то не наблюдаю леса рук. И тогда, что это за руководитель, который даже на указы Путина чхал?

Старожилы припомнят еще советскую реформу образования 80-х годов прошлого века. Знаете, с чего тогда начали? Подняли зарплату учителям со 120 до 200 рублей (далеко за 50 тысяч, если брать по нынешнему). Профессия стала по престижности № 1. Устроиться было невозможно. А сейчас? Я думаю, а что если в нынешние школы придут (ну, как геленджикские директора в детские лагеря) руководители каких-то контор и предложат учительству перейти к ним на зарплату тысяч в 30? Тогда наше народное образование просто обезлюдеет. Как оставшиеся недавно без хирургов две тагильские больницы.

Еще одна причина бегства учителей – унтер-офицерские повадки образовательных начальников. Как какая проверка «сверху», зашуганные директора погружаются в панику и «секут» карами коллектив. «Не дай бог, что заметят, мы вас всех!». А этот бесполезный, бестолковый, абсолютно никому не нужный вал тупых бумажек, которые учителя должны заполнять. Иначе у директора – обморок, в городском отделе образования – паника, а у Миньковой — желание достать сабельку и снести голову виновнику трагического, хотя чаще всего, по сути, мизерного, сбоя.

Особенно преуспевает власть, когда надо все свалить с больной головы на здоровую. Недавно, например, Вениамин Кондратьев провел совещание по обеспечению правопорядка, на котором замглавы края Анна Минькова доложила, что в ряде территорий не были вовремя израсходованы средства, выделенные из краевого бюджета на ремонт. Например, в нескольких районных школах не завершили ремонт крыш. Кого наказали? Глав районов, потому что именно они, как настоящие хозяина, должны следить и обеспечивать порядок? Нет. Их замов по строительству, отвечающих за торги? Нет. Губернатор предложил применять дисциплинарные взыскания вплоть до увольнения к заместителям глав по социальным вопросам. Нашли стрелочников, называется. И кому надо в первую очередь надо крашу отремонтировать?

А как вам такая обязанность, которую вменили педагогам, — выставлять все «достижения» в проведении праздников и прочих салютов на сайте? Чем больше фейерверков, тем лучше учитель и школа в целом? Вот, правда, сильно сомневаюсь. До Миньковой главное все же было качество знаний. А не конкурсы строя и песни и ремонт кровли (хотя и это тоже важно, кто спорит, но пусть за ремонт строители в своих горделивых отчетах пишут).

Еще одна отвратительная традиция, созданная при непосредственном кураторстве Миньковой, – это сведение в ноль авторитета учителя в глазах учеников и родителей. Учитель виноват по умолчанию. «Моя девочка заслуживает пятерку, а ей ставят тройку…» — проблема в учителе, а не в смартфоне, из которого она часами не вылезает. Собирают классом на сплит или кулер, шторы или туалетную бумагу — поборы. Поборы, я считаю, – это когда учитель на себя тратит все это вымогательство. А ему приходится просить родителей помочь, хотя бы потому, что никакая Минькова никакие траты на все это даже и не собиралась в бюджете предусматривать. И прекрасно она об этих поборах знает. Но молчит. Зато, если будет донос, учителя, конечно, накажут.

И вот, правда, очень хочется, чтобы на место Миньковой пришла обычная хорошая учительница, которая весь этот ужас пережила, оценила степень идиотизма и, став руководителем, будет работать так, что в любом ее интервью основной темой будет решение проблем учителей, задач образовательного процесса, изменение отношения к школе со стороны родителей и учеников. Ну, и конечно, о пожарной кнопке и камерах наблюдения, качественном, а не как в Динской, ремонте и строительстве школ.